Света Лавник

Так осень ткёт рубиновую строчку
На медном платье млеющих берёз
И плачет,
плачет,
плачет в одиночку
— Ну, что ж ты плачешь? Платье не елозь!

Приладь к нему тоскующую рощу
Всё тех же журавлей над рощей той.
Пусть ветер их едва-едва полощет,
Забившись в контур крыльев перьевой.

Работает осенняя иголка,
Отстукивая круглую кайму.
… показать весь текст …

Земля отъедалась покоем
Высотки забыли войну.
И платья носились по моде,
Под стук каблучков на плацу.

Летела шальная планета
Подальше от сажи и пуль.
Война была кем-то отпета,
Дремал поднебесный патруль.

Дожди омывали Мамаев
курган и молчал Сталинград.
И даже бессмертный Гагарин
Над Гжатском безмолвьем объят.
… показать весь текст …

А Родина — не новая война,
Не гимн, слетевший строчкой Михалкова;
Твой дворик узкий в прорези окна
Она и есть — щербата и елова,

И не приглядна, как ни тюнингуй
[Щитом рекламным старые хрущёвки];
Квадрат пестрит едрённым словом «…й»
На козырьке стеклянной остановки.

За минус двадцать будет в декабре
[И в январе, пожалуй, что не легче],
Но Родина — не новострой в стекле,
Не лепленный модерна барельефчик.
… показать весь текст …

Где были у страха глаза велики,
А тополи были большими —
Меняется русло великой реки,
Великого Третьего Рима.

Собор Трёх Святителей спрятался в снег,
Подёрнув крестом купол неба.
И жизнь начинает свой первый разбег,
Пройдя от Крещенья до НЭПа.

Так с польских земель надвигалась беда,
Хрипела немецкою речью;
Ты чуешь, в земле, где остыла зола
Запахло мартеновской печью?
… показать весь текст …

Роди мне, осень, медных кукушат
Без трепета к растившей с детства ветке,
Их слижет ветер — весел и лохмат,
Приладив птиц на туфли и балетки.

В смолистом вдохе тонет «Parsifal»,
Либретто отчеканив по-немецки;
И жизнь летит, читается Стендаль,
Муслим плывёт в студийных килогерцах.

Большое солнце будто из яйца
Желтком стекает на оживший город,
Чуть треснувшая наспех скорлупа
Присыпала собой осенний морок.
… показать весь текст …

Весны узор не вышивает май,
Не зацветает вовремя орешник.
И дом пустой, как будто бы Мамай
Прошёлся здесь. С берёз глядит скворечник

На край стола, но я не подхожу,
Не пробую сложить на ощупь слово,
Которое никак не приручу
Цвести в строке — вишнёво и лилово.

Несчастным Моисеем вдоль песков
Баюкаю несказанное мною
И дремлет тихо ветер-пустослов,
Улёгшись поудобней за спиною.
… показать весь текст …

«Дорогу осилит идущий» —
Идущий зачем и куда?
В терновнике птицей поющей,
[А птица-то эта была?],

Бросалась ли сдуру всей грудью
На острые иглы кустов?
Но ныне, извольте добудьте
Терновую эту любовь!

Чтоб руки кромсала до крови,
И Дантовый Ад предрекла.
Любовь, что на «лёгких любовях»
Терновым кустом проросла.

Нас Бог рассудит. Мне покой,
И этот дом с калиткой строгой, —
Теперь милей. Махни рукой,
И прочь иди своей дорогой.

Всё было: чёрная вода,
И снега выпало так много,
Что мне казалось навсегда, —
Все пересыпаны пороги…

Из тихих слов слетала с уст:
Стихов мелодия, и тлела.
И веток чахлых, — звонкий хруст,
Врывался в окна оголтело.
… показать весь текст …

Ни одного стиха,
Ни слова.
Там, за снегом,
Мне говорят —
теперь не сыщешь и следа.
К тебе не прозвониться.
Вот так вот —
век за веком,
в последующий век —
придумывать тебя!
Придумывать черты:
воссоздавать улыбку,
как ты кладёшь на стол
растеряно ключи.
… показать весь текст …

Нам некуда идти, и незачем. Я знаю,
Как дом сквозит быльём и прочей ерундой;
Здесь вечером пирог пекут из яблок к чаю,
И ставят в вазу ветвь с багряной пятернёй.

Когда летящий снег сюда спадёт из мрака,
Что сразу не поймёшь присутствие зимы:
Здесь тонкий переплёт возьмётся Пастернака —
«С мареной и сурьмой обрызнутой листвы…».

Сорвавшись в тишину из лап ноябрьской стужи —
Пчелиный белый рой закружит до утра;
Зима. Кругом зима — внутри или снаружи,
И в этой кутерьме —
… показать весь текст …