Lerry

у подъезда — бабульки в тапочках.
я с балкона смотрю на мир.
лето в Питере — «сказка» та ещё.
это где-то — сандал и мирт,
ветер пахнет свежо, вербеново,
или пряно и горячо,
на одном языке с берберами
все молитвы их перечёл.
у меня снова грудь прострелена,
(не предвидела, не смогла)
белой ночью подсело зрение.
— под лопаткой торчит стрела.
ливень, в сорок ветров обёрнутый,
стал усталым, больным и злым.
… показать весь текст …

твоим именем в каждом слове расписав всю свою тетрадь, я пытаюсь тебя не помнить, но умею лишь вспоминать. вот читаю: про Канта, Ницше, вот готовлю себе обед… почему так нелепо вышло? ты не вспомнишь моих примет, не заметишь на остановке, не махнешь робко головой, я рисую без остановки взгляд смущенный и строгий твой, представляя улыбку, голос, увожу вверх изгибы губ, ты, конечно, не помнить можешь, я, конечно же, не могу; только рвать на клочки страницы, только комкать в руках тетрадь, я с тобо…
… показать весь текст …

Снизу вверх сквозь ошибки и боль,
Превращая их в мудрость и опыт.
Шаг за шагом идёшь за мечтой,
Отметая всех критиков ропот.
Сквозь кураж, нарциссизм и понты,
Избавляясь от масок и фальши,
Поднимаешься истинный ты
Снизу вверх. Чуть мудрее и старше.
Сквозь предательство, подлость и зло,
От людей избавляясь ненужных,
Ты ценить начинаешь добро,
Познаёшь ценность истинной дружбы.
Сомневаясь в красивых речах,
О минутную страсть обжигаясь,
… показать весь текст …

рука в руке, последний поезд шел
куда-то в даль, сквозь прерии и фьорды.
мой голос был негромкий и нетвердый,
но мне чертовски было хорошо.
вы ждали зря, а время? без пяти.
сияла ночь, состав ушел на запад.
я был в бреду, я слышал этот запах,
но поезд шел и я не мог сойти.
забыв себя, писал по пачке в час
совсем неясных, грязно-белых писем.
я был дурак и крайне был зависим,
но так легко от этого сейчас.
простите мне. я все испортил сам.
сожгите всё. сожгите без возврата.
… показать весь текст …

кто-то пишет мою историю — забывается в описаниях, отвлекается рисованием, чертит линии вкривь и вкось. вырывает страницы? — заново. и ломаются перья старые, и чернильные капли падают в гладкий текст, как незваный гость.
и начать бы с нуля. а стоит ли? — проникают печали в радости, беспорядком слова мешаются. строки накрест перечеркнув, их закрасит вдруг что-то яркое, ввысь взметнётся стрелой и, падая, жизнь расцветит багровым пламенем, выжигая на пять минут.
руки цепью у горла скованы — не отнять, не исправить прошлое, бросить время дорожной пошлиной и рвануть, выжимая газ. пусть смешается всё за окнами — износившись, забыться только бы, от щита заслониться копьями — пусть пронзают. не в первый раз.
кто-то пишет мою историю — отвлекается, ошибается, капли чёрные вниз срываются — обесценить сплетенья слов. я без смысла творю безумное — с облаками лечу испуганно, городами напившись шумными, уплываю в безбрежность снов.
и начать бы с нуля. — а стоит ли?
это только моя история.

Каждый раз, когда ты не берешь мобильный
И на десять пропущенных нет ответа,
Мое сердце сжимается сильно-сильно
И внутри метрономом: «Мамуля, где ты?»
Разрывает мне грудь неизвестность злая,
Мысли роем — и каждая жалит больно.
В телефоне гудки, и, почти рыдая,
И картины рисую себе невольно
Пострашнее, чем в ужасах Кинга, мама!
А с фантазией, знаешь ведь, все в порядке!
И такая внутри меня мелодрама,
Что не верю, что ты во дворе, на грядке,
В магазине, к соседке зашла на часик —
Мне мерещится вечно совсем другое…
… показать весь текст …

ты — пуля, позабытая в стволе, кость в горле, шаг с карниза — и, похоже, скрывается под иссечённой кожей изящный металлический скелет. ты — смех сквозь слёзы, сталь и серебро, клинок холодной безупречной ковки, вся жизнь моя в одной татуировке, вся боль и ярость под моим ребром.
я — лёд, застывший на твоём лице, ремень, донельзя стянутый на шее, мне никогда не быть твоей мишенью, но ты, как прежде, попадаешь в цель, ты бьёшь наотмашь — что ж, ударь ещё, мне не пристало прятаться в углу, и ни для ударов, ни для поцелуев, что ты подаришь, мне не хватит щёк.
ты — солнца луч на острие меча, последний шрам, оранжевая роба…
я за собой закрою крышку гроба.
ты — тишина?
я буду в ней звучать.

Мир устал от поддельных блёсток,
Красоте его веришь редко.
Ведь фальшивкою стать так просто,
Где важней всего этикетка…
Кто-то, напрочь забыв о чести,
Предаёт и себя, и друга,
Под чужие танцует песни,
У пороков идёт по кругу.
Кто-то, кичась рельефным торсом
И в свою уникальность веря,
Продаётся моментным спросом,
Блеском глянцевым славу мерит.
Кто-то, пользуясь ног длиною,
Получает под солнцем место.
… показать весь текст …

Любовь не в красивых чертах, не в изящности линий.
Любовь это путь, он извилистый, скользкий и длинный.
Проходит влюблённость, «на нет» сходит страсть постепенно.
И только решенье быть вместе навеки — бесценно.
Любовь — отдавать безвозмездно, не требуя сдачи.
Любовь — открываться, поступков и мыслей не пряча.
Не сравнивать, не проверять, точно знать, своё лучше.
Болтать ни о чём и молчать, ведь душа слышит душу.
Любовь не в цветах и открытках, она в пониманье,
Что твой человек продолженье тебя, в нём дыханье.
Любить — помогать всеми силами в личностном росте
Без ревности, зависти, глупых придирок и злости.
Любовь не в красивых чертах, не в изящности линий.
Любовь это путь, он извилистый, скользкий и длинный.
… показать весь текст …

Кому-то кажусь я циничной,
Стервозною и саркастичной,
Но дома тебя встретит ужин
Для самого лучшего мужа.
Упрямой кажусь я и твердой
В решениях, властной и гордой.
А дома все эти замашки
Исчезнут, поглажу рубашки,
В руках твоих мягкою глиной
Согреюсь, мой скульптор любимый.
Ведомой, покорной и нежной,
Покладистой и безмятежной.
Вот так, невзирая на образ,
В поэзии, в жизненной прозе
… показать весь текст …