Hиколай

не бывает бесконечной безмятежность,
где скопление кипящей лавы есть
извержение вулкана неизбежно,
обязательно споёт он свою песнь.

непременно разольётся на равнины,
раскалённой лавой всё сжигая в тлен,
в пепел превратит он тысячи картинок…
он вззорвётся, чтоб покинуть долгий плен!

с человеческой судьбой мне почему-то,
схожесть видится в сравнении простом.
как вулкана магма, так бывает, чувства,
разрываясь, крутят мир весь к верху дном.
… показать весь текст …

готовься! я собираюсь к тебе без спросу!
жаркой июльской ночью, прямо посреди сна.
предстану монументальным, нагим колоссом,
чтоб невидимы стали звёзды все и луна.

я раскрою, как можно шире, свои глаза.
а помнишь ты говорила на них: «глазюки»?
ну, а я тебе отвечал тогда: «тормоза
придумали трусы, а утвердили — с@ки».

помнишь? ты удивлялась: «как же ты можешь так,
матом хаять благое дело? эх… мать твою,
а я тогда вновь отвечал тебе: «я ж дурак,
я то, что почувствовал, сдури, и говорю…»
… показать весь текст …

в верхушках сосен гуляет ветер,
порою воя, как зверь лесной.
и снова дождь. хоть в разгаре лето,
на небе кто-то включил брандспойт.

по крыше бьют барабанной дробью
дождинки-капли, стекая вниз.
и вроде некуда ставить пробы,
вновь уготовит судьба каприз…

но неприятности все на свалку.
все чувства спрятаны в нас самих…
мне для любви ничего не жалко…
а хочешь сердце моё? возьми!

упирается шпилем в небо,
зарождает огонь и гром,
превращая в реальность небыль,
во вселенском бреду шальном.

растворяясь в лучах закатных,
чьё-то сердце горит впотьмах…
спепеляется безвозвратно,
и рождает сомнений страх.

маяком светить среди ночи,
звездой яркой в кромешной тьме
кто-то взял да, и напророчил
одиночество… в тишине…

не надо ангела напрасно обижать…
быть может, он лишь, себе мирно, где-то дремлет…
ну, или послан на задание, /как знать?/,
чтобы исследовать неведомые земли.

а то, что признаки его и не видны,
совсем не значит, что их нет, они обычно,
нам интересны лишь тогда, когда нужны,
достичь какой-то из заветных целей личных…

не надо ангела напрасно обижать!
ведь исполняет он лишь Господа команду,
свои надежду с верой, лучше не бросать, …
и он придёт! когда и вправду станет надо…

когда есть родственная связь
души с душой… но не по кро’ви,
они чисты, не липнет грязь,
предотвращённая любовью.
и буря не страшна' с грозой,
сразить готов их в рукопашной,
когда душа вдвоём с душой,
то им и в мире зла не страшно,
им каждый радостен рассвет,
закат — прекрасно-долгожданный…
когда вдвоём душа к душе,
то каждый миг, для них желанный.

и вот, я вновь на берегу.
босы’ми, по траве ногами.
вдруг падаю, встаю, бегу …
и в воду плюхаюсь, как камень.

вода прозрачная до дна.
на дне — песок, мальки, ракушки…
вокруг, покой и тишина.
лишь, вдалеке рожок пастуший.

но я, на дальнем берегу,
увидев радуги свеченье,
опять, без устали бегу,
поддавшись мании влеченья.
… показать весь текст …

просыпаясь в холодном поту,
терял в сотый раз высоту.
десять тысяч пробоин в плоту
приземляли его на низ.

сотни мелких осколков вины,
самим себе не прощены,
и в подсознание вплетены,
вот такой вот судьбы каприз.

нарезая в квартире круги,
с собою не вёл он торги,
лишь считал монотонно шаги,
чтобы мысли ушли скорей.
… показать весь текст …

бывают в мире люди — ручейки.
в жару и в холод лакомый кусочек,
похожие на запах майских почек,
весёлые, задорные, легки.
есть люди, что похожи на озёра,
различных форм, размеров, глубины,
их много, но их нету в том вины,
средь них бывает много фантазёров.
есть люди-реки. в разных направленьях,
без устали всегда текут вперёд
и, для времени, у них не важен счёт,
в пути по бурному течению.
а есть, совсем без видимого дна,
бескрайние моря и океаны,
… показать весь текст …

знаешь что, совесть? — иди-ка ты, где-нибудь, лесом!
катись, в сколько есть, все стороны света и мглы.
пишу свою повесть и пусть, быть мне вечным балбесом —
не отступлюсь, не сломаюсь, оставив тылы.

знаешь что, память? — заткнись! ведь тебя я не слышу!
мне интересно лишь только, что будет сейчас.
потом, пусть срывает-несёт, без следа, мою крышу.
если свинья не сожрёт, то и бог не продаст.

знаешь что, боль? я тебя не боюсь и подавно!
ты, как приправа, всего лишь, к июльской жаре.
не воспринимая морально-расхожие нравы,
пока есть надежда, буду гореть, как горел!