Мы зажжем наши души,
Чтобы в мире был свет,
Пурпур радуг добудем,
напоить чтоб рассвет.
Снежность ангельских крыльев
Бросим в серость тщеты,
Сны запутаем былью.
И в крылатость мечты
Бросим блестки созвездий,
Лепестки белых строк,
Чистоту эдельвейсов,
Песни дальних дорог…
Мир сейчас, словно картины Дали,
Их рисует жизнь на палитре озябшей души.
И уходят вдаль, не прощаясь, мои корабли,
Парусами-крыльями мне шелестят: «Не пиши…»
Не пиши и не жди, жизнь подошла к концу,
Краски высохли враз и палитра крошиться в руках,
Оплывают маски, едва прикоснувшись к лицу,
А из грохота выстрелов что-то ваяет страх.
Из останков, фрагментов складывает кто-то пазл,
Да такой, что уходит в отставку рыдающий сюр,
Сонм веселых свечей был потушен безжалостно, враз,
Из костей и шкур можно настроить юрт…
Паспортами выложить тропку в сегодняшний ад,
В беспросветность грядущих тысяч и тысяч дней.
А ты знаешь, что время берет свое,
И при этом, представь, совершенно не важно, чье.
Мы сидим и трындим о житье-бытье,
Или может о том, что вокруг всё комси комса.
А ведь фоново время сжигает мечты
Или крылья. Навек отучив летать.
Сладковатый дым сплетает в жгуты —
Просто вырублен кем-то прекрасный вишневый сад.
Изнутри всё как-будто тип-топ,
Даже лучше. Ведь опыта стройный почти небоскреб.
Ветер треплет не купол — просто обрывки строп
И по курсу у каждого — свой персональный ад.
И так хочется ка…
Однажды утром, ожидая свой трамвай
Читала обьявленья — средство против скуки
И улыбнулась, увидав — «Стоп! И читай
Котенком я в хорошие отдамся руки»
Первой реакцией — улыбка, звонкий смех
Потом задумалась и стало как-то грустно
Ведь плохо человеку и не до потех
Крик одиночества? Зашкаливают чувства?
Но любопытство журналиста взяло вверх
Не думая, сорвала номер телефона
Освободившись на работе от коллег
«Кому то» я звоню со своего айфона
Нет жалобнее слов
Чем — Нет!.. Не уходи…
Их не гортань произнесёт,
Это души рыданье
Из мизерных последних сил…
Лишь тот меня поймёт,
Кто их произносил,
Желая страстно
Отодвинуть расставанье…
Лишь тот поймёт,
Кто, не желая их сказать,
Вдруг подчинился,
Вынужденный силой
Любви израненной…