Наталья Славянс

Горит последняя свеча
И вместе с воском тихо тает
Моя любовь, моя мечта,
И жизнь моя, почти пустая…
А капли в блюдечко летят
И оседают в теплой луже
Мне очень трудно жить…
Хотя, кому то может быть и хуже.
И этот «кто-то», как и я,
От огонька лицо скрывая
Безмолвный страх внутри тая,
Но он меня, увы, не знает…

А целоваться можно не любя…
А просто так…, лишь ради поцелуя…
Так как целовал ты и меня,
Так будешь целовать ты и другую.
Другие губы будут так же жечь!
Другие ласки также, ложны…
Скажи, что в жизни можно уберечь?! ?!? …
Коль счастье уберечь в ней невозможно…

Без пепла сгорают прощальные письма
на траурном ложе дубовых поленьев…
немое отчаянье стало цинизмом
в нетвердых руках, обхвативших колени…
И в первом порыве уйти, отстраниться
от скорбного шепота тлеющих строчек,
танцует огонь, и, листая страницы,
пылает, искрится, трещит, кровоточит
и лижет подол… поднимаясь все выше —
немая, привычная к боли бумага
упрямо молчит и затравленно дышит…
чей росчерк смертельней — пера или шпаги???
коптящий камин на кирпичную кладку
готовит еду для вечерних гаданий,
… показать весь текст …

Оттенки жизни — черное и белое?
Оттенки страсти — черное и красное?
Да, чувства рисовать -Попытка смелая,
Но в двух цветах — занятие опасное…

О чем ты думаешь, когда ложишься спать?
Я — о тебе и чуточку о вечном…
О том, что в этом мире быстротечном
нас друг у друга не похитить, не отнять.

Ещё о том, что я рискую полюбить.
Безвременно, без писем и конвертов.
Без слов признаний, дневников, моментов,
в которых вместе не мечтать… не ждать… не быть.

О чем ты думаешь, какие снятся сны?
Я — снов не вижу… погружаюсь в бездну
попыток урезонить бесполезность
моих желаний с монограммой «только ты».
… показать весь текст …

В старом парке заблудилась Осень.
Залилась дождливыми слезами.
Я к ней подошла и без вопросов
Обняла, и ласково сказала:

— Слушай, Осень, не грусти, не надо.
Вытри слезы, сядь и успокойся.
Знаешь, Осень, как тебе я рада?
Хочешь, под зонтом моим укройся.

Мы с тобою так давно знакомы.
Только жаль, что видимся не часто.
В этом парке, в уголке укромном
Мы однажды повстречали счастье.
… показать весь текст …

Спи, моя девочка. Это всего лишь беда.
Спрячься, как в детстве, в свой сон, где тепло и уютно.
Ночь что-то шепчет, бормочет негромко и чудно
И растворяет обид и невзгод холода.

Спи, Королева. Ты выше — а значит, одна…
Ты научилась осанку держать и корону.
Но не всегда оставалась верна эталону
И беззащитность сегодня так многим видна…
Спи. Ты не ангел…

(И хочется так иногда
Маленькой дрянью надменно в лицо усмехнуться,
Туфелькой лёгкой, не глядя, в кого-то швырнуться,
… показать весь текст …

С чего начинается Родина?
С плевка, что запущен в народ,
С чеченов, лезгинку танцующих
У Боровицких ворот.

А может она начинается с Беслана и взрывов в метро,
С того, что досрочно на выборах опять победило ЕдРо.

С чего начинается Родина?
С жирующих жизнью столиц,
И с сытых улыбок, что видим мы,
На мордах у всех первых лиц.

А может она начинается с зарплаты в семь тысяч рублей?
… показать весь текст …

Ты плачешь, Грусть… тихонько, без надрыва
Шуршишь дождями о прошедшем лете?
Ты веришь, Грусть… Я не боюсь обрыва,
Терзает мысль… я ж за других в ответе.

Ты помнишь, Грусть… как мы с тобой ночами,
Ища друг друга, вглядывались в окна?
Ты можешь, Грусть… войти, звеня ключами,
Согреть, морозцем, схваченные стёкла?

Ты видишь, Грусть… нелепое молчанье,
Сжимает болью грудь на каждом вздохе…
Ты хочешь, Грусть… отправить на закланье
Мою Любовь? Присядь,… ты выпьешь кофе?
… показать весь текст …

Ужасней страха — призрак страха,
Страшнее смерти — тень её,
Не так страшит убийцу плаха,
Как над тюрьмою вороньё.

Природа страха — неизвестность,
Дыханье смерти — лязг ключа,
Жутка предутренняя бледность,
Черна одежда палача.

Приговорённый умирает
Перед рассветом раз по пять
И только утром засыпает,
Но снится казнь ему опять.
… показать весь текст …