Almat Musin

Тщеславный человек будто бы живет в своем роскошном дворце из человеческих лиц. И этому извращенцу во все не нужна ваша любовь, ему лишь нужно чтобы на него просто смотрели.

Знаменит ли ты и гениален. Это не ты должен говорить, а люди должны говорить тебе.

Страдающий от собственного гнева, страдает от самовозгорания.

Лень хоронит заживо, и гнев кремирует заживо.

Уныние дарует силу печали, а она тем временем наполняет силой зависть, а зависть наполняет смыслом гнев, а гнев питает похоть, а похоть делает сильным чревоугодие, а чревоугодие вдыхает жизнь в алчность, а алчность, наполняет смыслом гордость, которая наполняет могуществом гордыню.

Вы леди, доктор любовь, исцеляешь людей своей любовью и сексом, и к тебе есть одна длинная очередь поклонников. И другая длинная очередь просто спросить.

Чем сильнее шок, тем больше популярность.

Пороки стреляют в органы человечества из одного и того же револьвера. Похоть выстрелила между ног, чревоугодие выстрелило в желудок, гордыня выстрелила в сердце, гнев выстрелил в легкие, алчность выстрелила в глотку, зависть выстрелила в язык, уныние выстрелило в лоб. Их счастливые улыбки созерцают, как постепенно умирает эта сумасшедшая раса.

Мир в котором развивается гордыня: умрет от равнодушия.
Мир в котором развивается гнев: со временем будет растить одних лишь чудовищ.
Мир в котором развивается похоть: будет тлеть как труп.
Мир в котором развивается чревоугодие: будет тонуть в собственных помоях и тошнотах, быстрее любого предмета.
Мир в котором развивается алчность: со временем загнется.
Мир в котором развивается зависть: исчезнет счастье.
Мир в котором развивается уныние: будет самым мрачным во всей вселенной.

Как же много дикого шума резонанса гнева, от которого перестают слышать тысячи душ, пылающих в черном огне, вечной агонии, бесконечной ярости.
Как же много одиноких душ, посреди великого множества обнаженных, похотливых тел, в огромном, роскошном дворце похоти.
Как же много алчных безумцев, жаждущих бесконечно огромного количества гниющего мусора.
Как же много неутолимой жажды чревоугодия, которое безжалостно губит всякую надежду.
Как же много горделивых слепцов, существующих в несуществующей реальности.
Как же много завистливых глупцов, которые жаждут чужого богатства, топча при этом собственные богатства.
Как же много потерянных душ, в бесконечном лабиринте мрака, в великом царстве уныния.