Промозглого дома кирпичная серость
Рассыпалась пеплом от свежей воронки
И листья, тайком уповая на смелость
Куда-то летят, словно те похоронки
Присела весна покурить ненароком
С оборванным ветром на стылом бордюре,
А фразы чужие, бездушным пророком
С листовки чернеют на комендатуре
Пытаясь учить обезлюдевший город
Готической вязью простреленных правил
Где мир обездвиженный, в мартовский холод
Убитым дождём тротуар окровавил