Если кто-то ходил по воде босой — то, поверь мне, ходила она одна. Пить вино с ним в ночи — значит быть женой, значит плакать потом у его креста. Только это всё после, когда сгорит это рыжее пламя её кудрей; а пока — он пророчит, она молчит в окруженье высоких немых теней.
Святость крови не в том, чтоб нести зарю, чтоб воскресшее солнце дарить волхвам. Твой Грааль — потаённый псалом «люблю», тайно сказанный пришлым степным ветрам. Но она его слышит, она горит… Ты горишь вслед на нею, срезая путь. Нет, не сердце отчаянно так болит — это старая вера теряет суть. Ничего не поймут, обновив завет, ничего не услышат, начав войну — ты всего лишь писал ей всю жизнь сонет, одинокого бога включив в игру.
Если кто-то ходил по воде босой — то, поверь мне, ходила она одна. Чтоб коснуться его в тишине рукой, чтоб ему сотворить из воды вина
