Аграфена Позднякова

Сильные — не плачут,
боль разъедает сердце,
Улыбка — никак иначе!
Голос лишь ниже на терцию.
В актовый зал страданий,
В личную камеру пыток,
В адский лед расставаний,
Войти ты не делай попыток.
Это свое. Навечно.
Строго под грифом «Не трогать!».
Внешне, возможно, беспечны.
Где-то внутри — пропасть…

Я гляжу в эти лица в толпе
И, похоже, мне не отыскать
Образ твой, что навеки во мне,
Твой такой несегодняшний взгляд…
Я плачУ и готова платить,
Я раздам всю себя по кускам,
Чтобы вновь с твоих рук счастье пить,
И тонуть в бирюзовых глазах…
Может в них — измрудность лесов,
Может, серый ноябрьский туман,
Бесприютность бродячих псов,
И лукавый апрельский обман…
Просто взгляд, что хлестнет, будто плеть,
И притащит к тебе, как аркан,
… показать весь текст …

Я прям весь в ожидании муз,
Ну и стол налохматил слегка:
Банки с пивом — бесценный мой груз,
И четыреста грамм шашлыка.
В ожидании пиво открыл,
Для разгону и для рывка,
Только слышу шуршание крыл —
Вижу, муза сегодня близка.
На двоих мы распили пивко,
Заедая его шашлычком,
Целоваться нам вдруг припекло,
(полирнули слегка коньячком).
Ну, а дальше все словно в бреду:
Ноги, руки, на люстре хитон…
… показать весь текст …

Все мы сеем жемчужины рифм,
Из души вынимаем слова,
Потому так хорош каждый стих,
Отпечатками божества.
Это как папиллярный узор,
Уникален, неповторим,
И находит читателя взор,
Тот рисунок, что душу пленит

И руки, словно мотыльки порхают,
И сладкой муки огоньки мерцают.
За дюймом дюйм жемчужность пью,
Упругость тела,
тебя, смакуя, познаю,
И струны пели.
Сплетали в звуки страсти стон,
и губ вишневость,
Желаний огненный бутон
и лист кленовый.

Журавль подошел в штанах — красивый,
Почем синицу продаешь? — спросил он,
Хочу ее я приобресть, хоть для гламуру,
А то пошла по всем рукам — такая дура.
Не понимает ничего, чудная птаха,
Что все вцепляются в нее, дрожа от страха,
Что не достанут до меня, что ждать устанут,
И ладно, пусть тогда она заменой станет.
А то и вовсе в пустоте сидеть придется.
Она для всех, как лунный свет, как отблеск солнца.
Ее не ценят никогда, она замена,
Не настоящая тогда и ей измена,
Как будто может не болеть у птахи сердце,
Она обязана терпеть и притерпеться.
… показать весь текст …

Плещется яд больной души на дне стакана,
И будет полночь, я и ты — немного пьяный,
я знаю, это не любовь, это микстура.
Прошу, ты не злословь потом, что я, мол дура,
прошу тебя, не говори, что я не знаю,
чего хочу, о ком грущу — недосягаем,
И хоть кричи сычом в ночи — вовек не будет,
но полночь, ты и я — давай забудем…
Красиво это на словах, а в жизни — слякоть,
ноябрь почти вступил в права туманом плакать,
а пустоту эрзац-любовью не заполнить,
я помню, как должно бы быть, я помню.
А так — да от стыда сгорать в чужих объятьях,
ты сердце ищешь, как дурак, под белым платьем,
… показать весь текст …

Любовь тихо прошла мимо,
с ужимками старого мима,
его гибкость сегодня уже не та.
Меня опять ждет суета и звонкая пустота,
и хочется выйти на середину моста
и не считать ни до трех, ни до ста,
шагнуть. Обними меня, пустота.
Моя жизнь проста, но я уже не та.
Пусть этот дождь идет сквозь душу,
и поплачет там, пока я трушу,
пока я не решусь что-либо менять,
а не просто взять кого-то в кровать.
Зачем в сексе смыслы искать?
Потом долго мыться под душем,
… показать весь текст …

Таю от счастья, таю,
В мире любви витаю,
Души наши сплетаю,
Веткою выгибаюсь.
Танец, волшебный танец,
Крик прозвучит гортанный,
И акварельность касаний,
Я внутрь тебя прорастаю.
Пряный рассвет был пряный,
Вновь ты от страсти пьяный,
Пьешь ты меня, гурман мой
Топишь в хмельном океане…

А все старо было, как мир…
Некстати вылинял кумир,
А дети, кстати, подросли,
И в высь позвали журавли.
И потихоньку исчезало,
Все то, что жизнь так наполняло.
Теперь вдруг всем нужна свобода,
Никак не мамина забота…
И пустота пробралась в жизнь…
И femme fatale, презрев трагизм,
Окинув взглядом горизонты,
Споткнулась обо взгляд под зОнтом.
И так, как оный был непрочь,
Вдвоем они делили ночь…
… показать весь текст …