Женское непостоянство в любви весьма успешно компенсируется в ней мужской несостоятельностью.

Жажда — вот что придаёт вкус, запах и цвет. Воде, жизни, любви.

Женщины утверждают, что их понять невозможно, жалуются, когда их не понимают и испытывают настоящее презрение к тем, кто не пытается их понять.
Мужчины скроены совсем иначе. Они утверждают, что нет ничего проще, чем их понять, могут жить годами с теми, кто их совершенно не понимает, а когда совершают глупости, то выдают это как уважительную причину.

Кому нужна логика, когда есть взаимная симпатия? Кому нужны споры, когда есть страсть? Кто способен не прощать, когда он любит? И почему со временем мы так беспечно и легко меняем одно на другое?

По сравнению с ножницами, сковородка — очень гумманный инструмент.

Не зная сброда, не мечите бисер!

Брошенные дети оказываются в сиротских домах. Брошенные родители в домах для престарелых. Что случилось с нашим миром, если самые близкие люди так часто оказываются одиноки? Почему предательство и жестокосердие не знает границ? И отчего журналюги всё время рассказывают нам о пустых, бесполезных для общества скандалистах и почти никогда о настоящих героях: накормивших, приютивших, усыновивших, воспитавших и по сути — подаривших другим вторую жизнь?

Стиль — это не красота, стиль — это индивидуальность. Но именно она соблазняет ещё больше и чаще чем красота.

Молчаливых и косноязычных — награждает красноречием, красноречивых — лишает дара речи; трусливым даёт смелость, смелых делает робкими; грубым — неожиданно придаёт известный шарм, изысканных — лишает тонкого вкуса; слабых — делает сильными и решительными, а сильных — слабыми и покорными; глупцам — даёт разум, а мудрых — лишает его…
Всегда и везде, играющая с людьми, меняющая их по своей воле — такая непредсказуемая и загадочная, яркая и зовущая, вечная Любовь…

Молодость видит этот мир несовершенным, зрелость — продажным, старость — напрасным. А мир по прежнему прекрасен. В любом возрасте.