Геннадий Фотесов

Идеального семьянина можно найти по его вкусовым предпочтениям, для него самые изысканные блюда — пельмени и блины.

В сером цвете тысячи тонов, а красочность подчас на редкость однообразна.

Шитый нитью вощеной и цыганской иглой,
От рожденья крещенный паровозною мглой,
И на вид не калека, и характер не шелк,
Я из прошлого века далеко не ушел.

Городские Рамсторы обхожу не кляня,
Пусть иные просторы поминают меня,
Где помятая фляжка на солдатском ремне
И собачья упряжка привязались ко мне.

О подножье Хингана, на таежном току,
Будто ножик жигана заточил я строку:
Ненавязчиво брезжит рукодельная медь,
Но до крови обрежет, если тронуть посметь.
… показать весь текст …

Когда страна еще ходила строем
И все читать умели между строк,
На пустыре сошлись впервые трое,
Деля по братски плавленый сырок.
Мы что-то возводили, водружали
И снова разрушали впопыхах,
А трое неспеша «соображали»
За гаражами в пыльных лопухах.
Несуетное это постоянство,
Пока другие расшибали лбы,
Преображало маленькое пьянство
Во что-то выше века и судьбы.
Менялась власть, продукты дорожали,
Казалось, все трещит на вираже!..
… показать весь текст …

Верджио
— В последнее время она ипытывала такие чувства и эмоции, которые к бегству не располагают.

Билли
— На твоём месте я бы не был так уверен. Человеческие эмоции, как произведения искусства, их не трудно подделать. Иногда они только кажутся подлинными, а приглядишся — фальшивка.

Верджио
— Фальшивка?

Билли
— Что угодно можно подделать — ненависть, боль, радость, болезнь, выздоровление… и любовь.

Клэр
— …Вы писали, что в любой подделке всегда скрыто что-то подлинное. Что Вы имели ввиду?

Верджио
— Копируя работу другого человека, художник не может удержаться от искушения внести что-то своё. Часто это какой-то пустяк, не значительная деталь, случайный, казалось бы, мазок кистью, в котором копиист выдаёт себя и обнаруживает собственные, и уже, конечно, истинные чувства.

— Ламберд, а Вы женаты?
— Да, скоро 30 лет!
— Ну и, как это — жить с женщиной?
— Это как участвовать в аукционе — никогда не знаешь твоё ли предложение лучшее…

Самое худшее сексуальное извращение — это воздержание.

От Елабуги отходит пароходик на Сарапул —
У него гудок с одышкой и покрышки на боку…
Где-то здесь еще мальчишкой я «сердечко» нацарапал,
А теперь под слоем краски обнаружить не могу.
Мой ровесник тихоходный, старомодные обводы…
Сколько братьев помоложе затерялись на мели!
Им не говорили, что ли, что напрасные свободы
Никого при здешней воле до добра не довели?
…Мог бы в Тихом океане раздвигать волну боками,
А плетешься на Сарапул, как какой-нибудь трамвай…
Только, разве это плохо, что родившийся на Каме
И умрет потом на Каме? Так что, не переживай!
Оглянись на темный берег — видишь женщину с цветами?
Всякий раз она встречает твой нечаянный проход.
… показать весь текст …

Вида серого, мятого и неброского,
Проходя вагоны походкой шаткою,
Попрошайка шпарит на память Бродского,
Утирая губы дырявой шапкою.

В нем стихов, наверное, тонны, залежи,
Да, ему студентов учить бы в Принстоне!
Но мажором станешь не при вокзале же,
Не отчалишь в Принстон от этой пристани.

Бог послал за день только хвостик ливерной,
И в глаза тоску вперемешку с немочью…
Свой карман ему на ладони вывернув,
Я нашел всего-то с червонец мелочью.
… показать весь текст …