Что переживет все геологические эры, природные катаклизмы, революционные потрясения и социальные новации? Самоупоенная посредственность.

И снова — шкорка от банана,
И снова — грабли за углом,
Опять не той ногой с дивана,
И чёрный кот — всегда бегом.

И соль просыпана внезапно,
И птица залетела в дом,
А утром выйдя- мчусь обратно-
В порядке ль чайник с утюгом?

Имея тридцать три несчастья,
Мне жить непросто — не таю…
Плевать, ведь минут все напасти!
Да, плачу!
… показать весь текст …

Погляди на себя со стороны и увидишь незнакомца…

…Мы познакомились… И -ах! —  И -ух ты!
Ты знаешь? — А ты?
Ты умеешь? —  А ты?
Ты представляешь, нам нравится одна и та же музыка! — И фильмы и книги!)))))))
…Почему в сутках так мало времени? — Да, мы совершенно не успеваем поговорить обо всём, что нам интересно и что нас связывает…
.Вот уже месяц, как мы общаемся…- Но нам, вроде бы, есть ещё о чём поговорить…-Да…да, но, понимаешь, мне сейчас надо бежать, столько дел! — О, да… и у меня, понимаю…
…Привет! как дела? — Норм…, а у тебя как …
…Ты не обижайся, меня пару недель в сети не будет…- Всё понимаю, у меня тоже дела…
…Эй, ты где? я вижу, что ты давно не заходишь сюда…
…Ку-ку, я всё ещё не вижу тебя здесь…
…Извини, но кроме сети у меня ещё и жизнь в реале есть… Не всегда есть возможность тебе отвечать…- У тебя что-то случилось новое? — Да, но об этом я не могу тебе рассказать…
…Эй, мы всё ещё друзья? — Да, мы всё ещё друзья…- Ну, тогда с годовщиной знакомства тебя, друг мой…
…(через пару месяцев) .Ой, спасибки!)))) И тебя…))…

Убить в человеке можно и человека и зверя, смотря какую цель преследовать.

Подозрения упрямее фактов.

Смех продлевает жизнь.
Отрицательные эмоции укорачивают жизнь.
Я здесь через день то плачу, то смеюсь.
То есть жизнь моя не укорачивается и не удлиняется…
Ну, здравствуй, моя застывшая жизнь, наполненная, видимо, исключительно Днями Сурков.))

Карающие ангелы страшнее карающих демонов.

Как часто чужие пороки бичуют лишь затем, чтобы с еще большим комфортом предаваться собственным.

Некоторые литературные новобранцы готовы и пером пожертвовать, лишь бы увидеть разжалованных в рядовые литературных генералов.