Тамара Синельни

О любви каждый знает только своё.

Завистники завидуют даже чужой смерти.

Комдивом можешь ты не быть, но комдивана быть обязан.

Счастье, несчастье — состояния нестабильные. Не бывает постоянно счастливых или постоянно несчастных. Каждый человек может оказаться на месте другого. Но несмотря ни на что унывать нельзя. Уныние — восьмой смертный грех. Счастье не может оскудеть и не убудет, если оно настоящее.

Когда-то, лет этак 30 назад, мы засматривались фильмами-катастрофами, постепенно привыкали к жутким стихийным бедствиям и даже не заметили, что вот они, на пороге, по всей нашей самой красивой из планет — Земле! Человечество почти достигло внешних кругов смерча под названием «Конец света».

Свет внутри холодильника, как свет в конце туннеля — спасительный.

Тактильные прикосновения для ребёнка — это необходимость, возведённая в
многократную степень. Чем старше становится человек, тем быстрее снижается эта степень, поэтому иногда, так хочется впасть в детство.

Ум покоя душе не даёт, всё куда-то зовёт и ведёт.

От коммунизма мы удрали, только пятки засверкали.
Его теперь уж не вернуть, ведь время вспять не повернуть.

Разговор состоялся в бане, когда я, обходя царапины, ссадины и синяки, смывала с моей почемучки-6 летней внучки грехи дня: песок, пыль и грязь.
Сидя в глубоком тазу с горячей водой, она вдруг спросила:
— Бабуля, а когда Бог накажет меня за грехи?
— Ну, что ты, родная моя. Ты ещё очень маленькая. Пока ещё ты безгрешна, потому что всё, что ты делаешь, ты делаешь неосознанно, — ответила я.
— А когда накажет тебя? — повис в жарком воздухе новый вопрос.
— Бог не наказывает сразу, он даёт взрослым время осознать, покаяться и всё исправить.
— А ты всё уже исправила? — она уставилась на меня своими красивыми, цвета моря глазами.
— Нет, конечно… Не успела ещё, — засмеялась я.
— Бабуля, тогда тебе надо жить ещё долго… Ай, ай, ай… бабуля, дай холодной водички, глаза щипает… а-а-а…
Даше было уже не до вопросов и ответов.