Мне хочется семьи — обычной семьи с воскресными прогулками по парку, со вкусными ужинами и любимыми фильмами, которые бы мы смотрели вместе, укрывшись одним пледом. Мне хочется общего прошлого, совместного настоящего и одних на двоих планов на будущее. Мне хочется забыть о разлуках, холодной постели, которую согревают лишь мои воспоминания, хочется присутствия любимого постоянно, ежедневно, ежечасно. И не виртуального, воплотившегося в голос по телефону или переписку через Интернет, а реального. Никакие письма и звонки не заменят одного объятия.

Наталья Калинина, «Зеркальный лабиринт»

Ей двадцать пять, у нее не жизнь, а несчастный случай.
Она все время спешит и все время не успевает.
А он говорит ей в трубку: «Маленькая, послушай»,
И она от этого «маленькая» застывает.
Не отвечает и паузу тянет, тянет,
Время как будто замерло на часах.
И сладко чешется в горле и под ногтями,
Ну, там, где не почесать.
Ей двадцать пять, у нее не нрав, а пчелиный рой.
Сейчас все пройдет, сейчас она чай заварит.
Она сама боится себя порой,
А он ее маленькой называет.
Сосед нелепо замер с раскрытым ртом,
Размахивая руками.
… показать весь текст …

«Он не идеален. Вы тоже. И оба вы никогда не будете такими. Но если он рассмешит вас хотя бы однажды, заставит задуматься дважды, позволит быть человечной и ошибаться, держитесь за него и дайте ему всё, что можете. Он не будет цитировать стихи, он не думает о вас каждую минуту, но он дарит вам ту часть себя, которую вы можете разрушить, и он знает об этом. Не причиняйте ему боль, не старайтесь изменить, и не ждите от него больше, чем он может дать. Не анализируйте. Улыбнитесь, когда он делает вас счастливой, кричите на него, когда он бесит вас, и скучайте, когда его нет рядом. Любовь трудна, когда это любовь. Идеальных парней не существует, но всегда есть один, идеальный для вас».

Я тебя отрыдала за пару десятков ночей,
А наутро, закапав глаза, говорила «не спится»…
Но не выплакать слез из бездонных колодцев-очей,
Слез запас есть и в напрочь засохших глазницах…
Я тебя отпустила из мыслей, из снов, из души,
Твои вещи бросала с балкона, как истеричка!
Но из сердца уйти ты никак, милый мой, не спешишь,
Все считают — любовь! Я надеюсь, что просто привычка!
Я тебя отстрадала за отпуск в четырнадцать дней,
И вернулась к работе, солгав, что летала на море.
Очень странно, что ты умудрился мне стать лишь родней,
А твердят, что сближает людей только общее горе.
Я тебя оправдала в глазах самых близких подруг,
Я тебя осудила в своих самых искренних мыслях,
… показать весь текст …

Всё остаётся внутри, оно не забывается как говорят многие, не исчезает. Это как будто бросаешь камень в море, сначала брызги, а потом на дно… Вот так же всё наше прошлое лежит на дне, как осадок чего-то на дне кружки. Кажется, если ты впустил человека в свою жизнь, то он там и останется, и оттуда нет выхода назад. А может человек забывает человека только по своей воле? Может быть, но редко… Представляешь, внутри тебя мегаполис, целый город людей, которых ты так и не забыл, хотя и обещал забыть.

А в реке твоей отражаются облака, вместо слёз в глазах — небесное молоко. Почему наша пауза так отчаянно глубока, почему меня уносит так далеко? Я бы рядом была — так долго, как разрешишь, приезжала в твой город тысячами дорог. Но сейчас я сижу и не знаю твоей души, и печаль по тебе невесомая, как перо. Как мы пили с тобой игристую плазму дней, как мы спали с тобой на картах морей и рек. Тихий Дон молчит, и лежат облака на дне. Наши песни остывают в календаре. Я любила тебя любовью, больной, как Бог, изнывающий от нежности по ночам. Невозможная женщина, дай мне хотя бы боль.

И мне будет, о чем молчать.

1) Потом мы сидели на лужайке в одуванчиках, да, именно так: на зелёной июньской траве, среди огромных желтых цветов — каждый с мою ладонь (тогдашнюю), — мы сидели, и он плёл мне веночек. Тут пришла его мама, и, увидев нас, изменила цвет лица: «Ты! Плетёшь! ДЕВОЧКЕ! Веночек?! «Я тогда не знала, что так выглядят все будущие свекрови. Дима с достоинством закончил веночек и ушел; больше я его не видела. Возможно, его отдали в монастырь.

2) Мужчина, с которым случайно переспала, получает право дава…
… показать весь текст …

Убивали ЛЮБОВЬ, убивали в четыре руки
Били с разных сторон, состязались в сноровке и силе
Им шептала любовь: «Ах, какие же вы дураки…»,
А они ей в ответ за ударом удар наносили.

Убивали любовь. И однажды она умерла
Ей бы взять, обмануть, притвориться убитой- и только.
Но любовь, как любовь — притворяться она не могла.
Да и им поначалу не жаль её было несколько.

Убивали любовь. На поминках его желваки
Заходили на скулах, а взгляд её слезы затмили.
А потом, как ни странно, всё в те же четыре руки
Поливали цветы у убитой любви на могиле…

Мне бы не знать, черт возьми, с кем ты спишь. Но я знаю.
Видела с кем ты сгораешь ежеминутно,
Но не желаю вам счастья. Вот с ней не желаю.
Просто она мне не нравится. Абсолютно.

Это не зависть. Другое. Но точно не зависть.
Ненависть. Знаю — жестоко. Плевать, что осудишь.
Я не могу себе этого даже представить:
Как можно жить с человеком, кого ты не любишь?

Да, можно пить, после спать, иногда — просыпаться.
Периодически так и со мной происходит.
Но засыпать, одеялом одним укрываться,
Если не любишь, ну как?! До меня не доходит.
… показать весь текст …

Если он позовёт, то я просто пойду за ним,
Я не буду расспрашивать «что-почему-куда».
Если станет темно, я не буду искать огни.
Если он позовёт — он и будет моя звезда.

Если он загрустит, я не буду ему мешать,
Приложу его голову к тёплой своей груди —
Пусть почувствует он, как грустит с ним моя душа…
А когда на двоих — то не так тяжело идти.

Если он упадёт, я не буду вперёд тащить,
Просто рядом присяду и дам ему отдохнуть.
Я его не укрою, как самый надёжный щит,
Но подам ему меч — тот, который нельзя согнуть.
… показать весь текст …