Западших в душу неводом не вытащишь

Ми знаем, ви знаете, таки совсем не обязательно, шоп знали все…

Мне часто снятся твои касанья рук,
Улыбка, нежность, трепет синих глаз.
И нега в теле и полёт, куда-то вдруг
И наше воскрешенье, как экстаз.

И звезды, ночь и чьи-то тени на Луне
Душистых трав благоуханье за окном.
И смятая постель, в бокалах Шардоне,
Ночник и книга, оставленная на потом.

И Ремингтон на письменном столе
Бумаги лист и эта начатая повесть.
И всё как-будто было в сентябре,
А дальше — я уже совсем не помню.

Возвращаться — не беспринципность.
Возвращаться — значит понять и простить.

Тебе, давно предавшему когда-то,
Забывшему о том, что обещал.
Ушедшему в ночи и без возврата,
Нашедшему себе другой причал.

Тебе, совсем забывшему о многом
И предававшему ещё не раз.
Так ждавшим от тебя подмоги,
Но не дождавшимся её подчас.

Тебе, играющему с недотрогой,
Которую ты просто так согнул.
Идущему иудиной дорогой —
Чрез сколько судеб ты перешагнул.
… показать весь текст …

В тени плюс тридцать.
Скомканный билет.
Здесь горы
будто в солнечной короне.
Взлетает лайнер
через память лет,
где наши тени отражаются в бетоне.
В траве зеленой капелькой росы,
листком осины и порывом ветра.
Ромашкою у взлетной полосы
и безразличием
развеянного пепла…

Ночь отдыхала болью,
снилась опять вода.
Озеро это — прикольно,
если пришла беда.

Если не знал о встрече,
в мыслях моральный крен.
Мачты ломает ветер
и торжество измен.

В лодке скучал не долго,
не отыскать причин.
Ночь отдыхала болью.
Зевс не любил мужчин.
… показать весь текст …

Я вас не знал, но вопреки
законам множества имён,
я узнавал изгиб руки.
Был очарован и влюблён.

Вы улыбались, я молчал.
И у портрета в светлом зале
я, безусловно, понимал
о чём вы людям не сказали.

Наверно так. Глаза в глаза
мы выбираем или судим.
И вопреки законам зла,
своей России верно служим.
… показать весь текст …