Людмила Щерблюк

А ключевые слова порой важнее и значимей, чем все что около лежит.

Август, он, как дыня сладко приторный с небольшой кислинкой у корочки…
Сочность захватывает дух, но точто знаешь каким будет послевкусие.
И так хочется растянуть это удовольствие.

Паутинки серебра
время в косы вешает,
старость, это не беда,
это опыт жизненный
а душа то молода,
словно утро свежее.
Ну, а старость…
ну её, катится пусть
к лешему.

Мне и сейчас все равно, что обо мне говорят, а уж после смерти и подавно.
Поэтому живу, как считаю нужным
бываю сыта, а бываю голодна я.
Работаю я и довольна собою вполне,
бывают шальные мыслишке в моей голове.
Порой, как девчонка смеюсь даже и невпопад,
бывает мечтаю, и руки и ноги бывает порою болят.
могу я подстричься, могу изменить цвет волос,
в истерике биться и вешать в унынии нос,
совсем не моё… даже если тоскливо порой,
шагаю по жизни с поднятой своей головой…

Кусочки дня сьедает август,
и вечереет, как-то вдруг,
а утром, одолев испуг
снимаем с чёлки паутинку,
лицо подставив ветерку,
мелькают дни
словно картинки
крадется кошкой
осень-грусть.

Затягувшееся ожидание может испортить даже самую желанную встречу.

и бок о бок жизнь проживают
супружество тяжёлый труд.
но как же часто так бывает,
что расстаются люди вдруг…
«Окончен бал, погасли свечи…»
и съел любовь банальный быт.
и первый пыл случайной встречи,
истлел и напрочь позабыт.
И вот два близких человека,
те, что клялись, что до конца,
чужими читали в мире блеклом
их, в разнобой, стучат сердца…

прохладным шелком
укрывает нежно плечи
ночное небо августа,
закат…
и зной дневной тихонько
слижет вечер
и одурманит ночи аромат,
уже звезда зажглась на небосклоне,
влечёт, подмигивая, неба густота,
луна, как сыр надкушеный, в беконе
и стелится тропинка, что верста,
там в вышине в созвездии дракона,
быть может пишут, головы склоня, архангелы, заветы и законы…
что обязательно коснётся и меня.
… показать весь текст …

не могут добрые услуги, всех денег стоить как не крути, а коли так, спросить хочу я — какие ж добрые они ???

А -В-ГУСТоте и сладострастье
манящих запахов и грез,
что дарит нам часы причастья,
чтобы потом, когда мороз скует всю землю,
у камина,
ладошки протянув к теплу, воспоминания грустным сплином текли усладой
и волну,
тех дней, что август предоставил,
где пили мы нектар полей,
вдруг неожиданной наградой упал к ногам морозных дней.