Людмила Щерблюк

Для кого-то буквы, это алфавит
для кого-то звуки, а кому транзит.
Их употребляют и без них никак,
плохо, коль бездушно или же пустяк.
Ведь от них зависит что и как сказать,
как мотив их слушать или промолчать.
Языков так много, суть у них одна,
понимания сила с ними нам дана.

А сегодня метель, лепестки облетающей сливы, вперемешку со снегом кружились
и падали вниз.
И поверьте, нам всем, абсолютно, ничто не приснилось, вот такой странноватый природы на юге, каприз.

Три вещи на земле остались нам от рая:
Звезды ночью, цветы днем и глаза детей.

Старые каменные заборы,
полуслепые, покрытые мхом,
люблю их, особенно ранней весной.
Вы когда-нибудь видели как цветет мох,
это миниатюрная копия степи, вдруг оживший, под солнечными лучами он тянется тонкими, как ниточка, стебельками к солнышку и тихо колышется на весеннем ветру.
Лёгкий запах нагретых столетних камней
слегка кружит голову и уносит в прошлое…
А над головой беспечно щепечет пичуга, радуясь весеннему дню.

Ввели нас деньги в вечный транс, так получился дисбаланс.
Не ждёт природа платы свыше, живёт в гармонии, ею дышит.

Как бы не кляли любовь, как бы не страдали.
Вновь очнувшись от потерь, мы о ней мечтаем.

Кому-то тишь и благодать,
кому-то бури стон,
неважно что, не важно как,
вся суть, чтоб в унисон.

— В чём жизни смысл? — спросили мудреца.
— В дороге. От начала до конца…

Самоанализ, он, порой не плох,
грешу таким, да видит это Бог.
Но главное, включить сознание,
чтоб не дойти до самобичевания.

А у нас каштаны зажигают свечи,
и об этом знает, только поздний вечер.
В суматохе город затихает к ночи,
и под звёздным небом оживают почки.
Льётся над аллеей перезвон тихонько,
аромат весенний, еле слышный, тонкий.
Приоткрыты окна, проникает свежесть,
утонула слива в вихре белоснежном.
Сам апрель явился, тёплые ладони,
и звучат аккорды, нежные, симфонии.