Мигрень эмигрирует в голову бедной Мари Стюарт.
Топорной работой палач завершит процесс.
И если уж правда, что всех королев казнят,
Принцесс уводите в лес.

Мышиный король заявляет, что в этой возне вся соль.
Но звук от клыков откликается нотой си.
Когда с головой ты навек потеряешь боль,
То голову не носи.

Пусть Чаплин, отчаявшись, снова себе отсечёт язык
И тросточкой Бога заменит визгливый меч.
А если не врут, будто тот кто молчит — велик,
Теряй поскорее речь.
… показать весь текст …

Мадонна звонит на горячую линию МЧС:
Скажите, в Помпеях все умерли? Или же это бред?
Ещё попрошу уточнить в ваших сводках: Христос воскрес?
Две тысячи лет истекло, а прямых подтверждений нет.

Звонок переводят сначала в МинКульт, а потом в МинЗдрав.
Спасателям не до бесед, их задача спасать тела.
Сотрудник Минкульта советует чай из лечебных трав.
В Минздраве же сетуют на бездуховность и культ бабла.

Мадонна, повесив трубу, погружается сухо в сеть:
Распятья недорого, скидки на туры в Иерусалим.
Тут люди отчаянно весело празднуют боль и смерть,
Когда она где-то не здесь и желательно с тем, другим.
… показать весь текст …

Быть хладнокровней! Но только куда уже???
Тех, кто в прицеле, невольно бросает в дрожь.
Я холоднее убитых тобой мужей,
Если горячка бросает людей на нож.

Мой психиатр абсолютно безумный тип.
Он доказал мне: кукушка летит в гнездо.
И, поправляя свой кровоточащий нимб,
Чаще и чище доходит до верхней «до».

Доля для ангела — долбаный этот долг:
Вроде летал, но летален любой исход.
Будь холодней и ступнями дрожащих ног
Переходить этот бред постарайся вброд.
… показать весь текст …

Саид головою торчит в песках,
Аллаху Саид твердит:
«Ты знаешь, такая внутри тоска,
Что местью мой мозг кипит.»

Аллах обдувает Саиду пот
И сушит в гадюках яд.
Но Сухов пустыней уже идёт,
А, значит, кино продлят.

У Наполеона бардак в душе
И сыплет собачий снег.
Он так обрусел и обрюзг уже,
Что к чёрту — в La France — камбэк.
… показать весь текст …

Когда ни с кем нет силы говорить,
Держусь за нить, которой шьют событья.
Но если вдруг решусь заговорить я,
Слова петлёй затянут эту нить.

Швея моя, судьба моя, порой
Ты колешь в кровь, презрев металл напёрстка.
Твой крой неуловимый меловой
Намечен, чтобы резать по живой
Материи, уверенно и жёстко.

Предчувствуя на ощупь прочность шва
Порочности и чистоты на грани,
Ты отсекаешь тьмы излишней ткани.
… показать весь текст …

Клаус, скажи, зачем я снова тебя боюсь?
В доме твоём овчарки голодны девять дней.
В них глубоко запрятан сучий арийский пульс.
В гены зашит навечно запах и вкус людей.

Не убивайся, Клаус, хаос безбрежно мал.
Эта планета входит в спичечный коробок.
Ты за свою свободу, кажется, всё отдал:
Ржавые прутья клеток и навесной замок.

Зона комфорта, Клаус, — дальность твоих ракет.
Видишь они взлетают грязно, но без помех.
Атомная атака с паузой на обед.
В этом сплошном хардкоре ты поимеешь всех.
… показать весь текст …

Дети, пожалуйста, встаньте и мёртво сцепите ладони.
Мы уже точно на дне, если подло не врёт эхолот.
Даже мой личный Тимур больше звёзд на воротах не помнит.
Всею командой уводит нас в антикрестовый поход.

Вслед за отбытием следуют цепи смертельных событий.
Хлеб наш насущный мы выкрошим, тем помечая свой след.
Чтобы вернуться живым, каждый должен сказаться убитым.
Чтоб проиграть нам достаточно пафосных антипобед.

Все мы молочные братья подброшенных ванек и встанек,
Буквы из прописей, что одинак…
… показать весь текст …

`
Карлсон на крышу вышел, чтобы шагнуть в полёт.
В каждой летучей твари Карлсону мнилась мышь.
Всё, что превыше смерти, сильно нас не убьёт.
Мы словно Принц и Ницще, мой дорогой Малыш.

Карлсон курьер от Бога: вниз доставляет гром.
Шведская стенка в небо лестница без перил.
Это Стокгольм, в котором всех повязал синдром,
Чёртова пуповина из проводов и жил.

Мы залетим в Икею, купим славянский шкаф,
Спрячем в него скелеты, плюшки и рыбий жир.
Каждый, кто будет сверху, выучит свой устав:
… показать весь текст …

Пришлите нам бесов, пожалуйста, пару вагонов.
Теплушек. Плацкартных. А, может быть, просто — метро.
Вы, Фёдор Михалыч, наделали собственных клонов
И клоунов страшных, готовых извергнуть нутро.

Нам горько и так. Без халвы. Без медов. Мармеладов.
Мы, выпив вина, не закусим с досады вину.
Невесты не носят нарядов, а просят снарядов.
Раскольников много на бедную эту страну.

Батальны слова. А старухи все сплошь повивальны.
Идею любви не родить за игральным столом.
Майн либе, мы либо глупы, либо так либеральны,
Что в гости идём с ледорубом, ножом, топором.
… показать весь текст …

Внутри его полным полно пустот
И нечего забрать на биопсию.
А Пушкин, совершивший поворот,
Идёт смотреть блокбастеры в «Россию».

Он думает: я вам не часовой,
Ни место встреч, ни голубей рассадник.
В бессмертие шагну одной ногой
Ничуть не хуже, чем мой медный всадник.

Не должен бронзоветь живой поэт,
Всей позой размышляя театрально.
Вы подо мной ходили двести лет
Сакрально, а прохожие — буквально.
… показать весь текст …

Я люблю этот мост, как несбывшийся самоубийца.
Он мне дарит надежду однажды шагнуть и взлететь.
Я коснусь этих звёзд, и спасу самых маленьких принцев,
Оттого, что они не способны ещё умереть.

На кроватях больниц, на просторах твоих фотографий
Есть искомый покой и из комы не рухнувший в ад.
Я уже получил свою порцию злых эпитафий.
Смерть возможно отсрочить, но строчки не впишешь назад.

Я люблю этот крест, потому что он пахнет смолою.
Но ребёнок у края могилы не в силах понять,
Что там делать под этой распахнутой настежь землёю,
И зачем эти горсти песка нужно в яму кидать.
… показать весь текст …

Мы пальцы держали за эту державу,
Скитальцы, дышавшие воздухом ржавым.
Бомбили безлюдные снежные джунгли.
И дули в простуде на белые угли.

Потухли. Иссохли. Святые угодники…
Как мухи мы дохли на том подоконнике,
Где мальчик выискивал мёртвые лилии
На мрачных страницах надорванной Библии.

Отец возвращался, снимал оперение,
Он с Богом общался на равных мгновение.
Мгновение кончилось в прошлую пятницу.
Сомненья прикончили трезвого пьяницу.
… показать весь текст …

Ко мне Прометей заходит и плачет, что сжёг Рейхстаг.
А я утешаю: вроде, ещё не доказан фак.
Но он вынимает печень и спичечный коробок.
И крыть в этом споре нечем, поскольку он полубог.

Он ищет у круга угол, углом разрывая круг.
Мы словно больны друг другом, как лучшие враг и друг.
Он шарит на антресолях забытый сто лет фагот
И дышит в него бемольно, безвольно шепча: Mein Gott!

Соседи топочут сверху и просят унять бедлам.
Там та, что зовётся Евой и парень её — Адам.
Им ночью обильно потно, в их…
… показать весь текст …

I.

Мой Монтесума не сходит с ума с утра,
Всякую ночь зашивая грудной надрез.
Жертвовать сердце ему не пришла пора:
Скорбный кортеж ещё только собрал Кортес.

О, император-мальчишка с мужским лицом.
Манная каша в комочках, как страшный суд.
Мой Монтесума несносен и невесом.
И до тюрьмы его в рваной суме несут.

Мир запирается на поворот ключа.
Ключ растворяется царственной кислотой.
… показать весь текст …

Гоголь — вой
по отчаянно мёртвым душам.
Голь,
что согнана на убой.
Гоголь бой,
за которым не будет лучше.
Боль
меж Киевом и Москвой.

Гоголь Вий.
Полуостров. Границы. Реки.
Гоголь мой
и, конечно же, Гоголь твiй.
Опустите стволы.
… показать весь текст …