Жизни не возьмёшь под локоток,
Не обнимешь нежно, как невесту,
Безразличный времени каток
Плоть и кости раскатает в тесто.

Всюду пламя, сера и свинец,
Только небу наших воплей мало,
Мир моргнёт и сущему конец, —
Было всё и ничего не стало.

Ничего не нужно говорить
Явь глупа, страшна и просторечна,
Больше не с кем некого мирить,
Но любовь и музыка — навечно.
… показать весь текст …

Судьба ударит в грудь без промаха
И смотрит, глаз не отводя.
Как Богородица, черёмуха
Стоит пред ангелом дождя.

Что делать нам с душою проданной?
Кого по имени позвать?
Край раскалённой чаши огненной
Мы научились целовать.

Сильнейший истязает слабого,
Спешит чужую долю съесть,
А в грязной луже плачет радуга —
Негромкая благая весть.

Жизнь не рассказ, но как порою хочется
Неделю по абзацам разобрать
И всё, что так мешает и топорщится
Вычёркивать, безжалостно марать.

Глаголов вездесущие модальности,
Слогов ударных тихий медный звон,
Строжайшая грамматика реальности,
Событий непрерывный марафон.

Счастливый автор скромно улыбается,
Диктуя строки в дымке голубой.
Немыслимое медленно сбывается,
Как свет, как этот день, как мы с тобой.

Спеть хвойный лес и воздух и дома,
И ветра одинокого страданья,
Расслышав всё во всём, сойти с ума
От музыки живого мирозданья.

Стать самой чистой нотой, а потом
Вдруг осознать великий дар потери,
Увидев счастье и несчастье в том,
Что можешь помнить, чувствовать и верить.

Как рассказать тебе июльский вечер
Блестящий, как обёртка от конфеты?
На саксофоне маленький кузнечик
Поёт о том, что уплывает лето.

Пока листва стесняется озноба,
А тени вырастают виновато,
На слитке солнца проступает проба
И ноты чуть заметного заката.

Бокал вина прозрачно-золотого
Одним глотком печаль не утоляет,
А тишина рассеянное слово
В предметы на столе переправляет.
… показать весь текст …

Прозрачной акварелью воздух дышит,
Мерцает свет, руками разводя,
Июль влюблённый у залива пишет
Симфонию для сосен и дождя.

Мечта чудесна и недостижима
Поманит вновь, тревогою сквозя,
Душе существовать необходимо,
Я чувствую, иначе быть нельзя.

Однажды Тот, кто всё таким задумал
Подарит нам свободу, мир и кров.
Наперекор блуждающему шуму,
Пусть Он хранит тебя, моя любовь.

Есть люди, которым их зонт заменяет нимб:
Раскрыли, сияют и ливень им ни по чём,
А сложенный зонт помогает сражаться им
С невидимым злом, представляя себя мечом.

Какая удача для обыкновенных нас
Посланника встретить подобного на пути!
Замри… он легко прикоснётся к тебе сейчас,
Вдохни полной грудью и просто лети. Лети…

* * *

Я молчу вместо тех, кто сказать ничего не смог,
Говорю вместо тех, кто уже ни о чём не скажет,
И над этим с улыбкой стоит изумлённый Бог,
Сотворяя судьбу из безмолвно-словесной пряжи.

Нимбом на иконе океана
Светит сквозь хоругви облаков
Солнце, а высоких волн Осанна
Слышится предтечей всех стихов.

Берег и небесная кривая
Образуют золотой киот
И кадилом голубым качая,
Время совершает крестный ход.

Вечности не нужно смертных судей,
Страхи и сомнения пусты,
Оглянись… С тобой навечно будем
Я и ты, как прежде, я и ты.

В жизнь вечную, грядущую, иную,
Не взять с собой в удобном багаже
Своих вещей и потому тоскую
Я, думая о них порой уже.

К чему ворчать, как будто дело в штрафе
Таможенном у неземных границ?
Не унести с собою фотографий
И писем, и зачитанных страниц.

Две кисточки, любительские краски,
Потрёпанную, старую тетрадь,
Овал блестящей итальянской маски
Не сохранит бессмысленная кладь.
… показать весь текст …