Тяжела и неказиста
жизнь советского артиста.

…Тема получения мною главных ролей «через постель» так и не была снята вплоть до моего ухода из театра.

За короткое время работы на телевидении я хорошо усвоила: нормальных людей здесь нет. Человек со здоровой психикой никогда не сможет работать в телецентре, а вот если сойдёт с ума, то останется тут навсегда.

Тщеславие — тяжелое, иногда неизлечимое заболевание. Оно может погубить учёного, политического деятеля, художника, актёра.

Смерти никому не миновать: ни царям, ни пахарям.

Предположим, что вы — идиот. И предположим, что вы — американский конгрессмен. Но я повторяюсь.

Художник не должен стремиться к богатству, иначе он — не художник.

Убийство журналиста — доказательство его неподкупности.

Ребёнок энтомолога играет погремошкой, дератизатора — погремышкой, а грибника — погрибышкой.

Новомодная онлайн-жизнь напоказ уже классифицируется психиатрами как отклонение психики.

Не берите пример с учёных, перепутавших науку со своей карьерой.

Не смотрите на науку как на средство к существованию.

Для того, чтобы стать историком, нужно чувствовать подземные толчки истории.

Погружаясь на свой страх и риск на большую глубину — в том числе и любовных отношений, — следует помнить об опасности кессонной болезни. Чаще всего она возникает при неправильном, слишком быстром подъёме с глубины наверх, и может привести к необратимым последствиям и даже гибели дайвера.

Историки — как и йогурты — бывают разные.

Я — юрист по национальности.

Выскочка — заяц, который сбежал от кондуктора.

При тушении пожара лопатами, баграми и вёдрами, не забывайте также о воде и песке.

Наши люди делятся на адвокатов Америки и прокуроров Америки.