Тот счастлив, кто живет в условиях, соответствую­щих его темпераменту, но тот более совершенен, кто умеет приспосабливать свой темперамент к любым условиям.

Услуга, оказанная нам, приятна главным образом потому, что льстит нашему тщеславию и свидетельствует о добром расположении и уважении к нам лица, ее оказавшего.

Нет слухов, которые возникали бы так легко и распространялись так быстро, как слухи относительно свадеб.

Обычно счастье покровительствует смелым и предприимчивым, но ничего не внушает нам большую смелость, чем хорошее мнение о самом себе.

В жалости всегда есть примесь любви или нежности, а в злорадстве — примесь ненависти или гнева

Любовь есть не что иное, как желание счастья другому лицу.

Ничто не свободно так, как мысль человека.

Мое высшее счастье, мое полное удовлетворение состоит в том, чтобы читать, гулять, мечтать, думать.

мы порицаем всякий обман, всякое нарушение слова, потому что считаем — что свобода и широта общЕния, между людьми находятся — в полной зависимости от верности обещАниям…

Все, что мы называем героической доблестью и чем восхищаемся как величием и возвышенностью духа, есть не что иное, как спокойная и твердо обоснованная гордость и самоуважение…

Злорадство — есть ничем не вызванное желание причинить зло другому лицу, чтобы путем сравнения с собственным положением испытать удовольствие.

Жалость есть сочувствие к несчастью других, а злорадство — радость по поводу такового, причем это сочувствие и эта радость не вызываются ни дружбой, ни враждой. Мы жалеем даже незнакомых и совершенно безразличных нам людей; если же наше злорадство по отношению к другому человеку вызывается вредом и обидой, то оно является… мстительностью.

Самое замечательное из всех качество человеческой природы — это присущая нам склонность симпатизировать другим людям.

Что может быть свободнее человеческой фантазии.

Всякое знание вырождается в вероятность.