Осень — время для книг и горячего терпкого чая,
Для пронзительной сини и золота. Здесь и сейчас
Осень — время грустить, целоваться легко и отчаянно
И влюбляться в последний /как в первый/ единственный раз.
Осень — время для слов, улетающих в дымное небо,
Для распахнутых крыльев, случайных /и странных/ стихов.
Осень — время любить, не боясь показаться нелепым,
Расставаться и ждать новой встречи на стыке миров.
Осень — время для снов и для яблок в цветной карамели,
Для неспешных прогулок под ярким удобным зонтом.
Осень — время писать. И вдыхать этот воздух осенний.
Осень — время для нас. Проведем эту осень вдвоем?
Эта осень разденется,
так же, как тысячи до…
Лишь покажется, стали
острее и тоньше ключицы
И пустынней ночами
бульвары промокшей столицы,
И безжалостней ветер,
стирающий контур следов.
Отражение в зеркале
серых асфальтовых луж
Без прикрас ей покажет,
что вечность не стала моложе
И что время оставило
росчерк глубокий на коже,
Осеннее утро проткнуло ветвей наготой
печальное небо, унылое серостью красок,
и листья засыпали стол на открытой террасе,
дарившей вчера еще теплый уют и покой…
Фонарь над столом помнит медленный вальс мотыльков,
куда-то пропавших за серую дымку тумана,
заливистый смех, перезвон веселящий стаканов,
надрывность гитары и вторящих ей голосов…
Страницы романа и ночи июльской тепло,
мерцанье свечи, аромат засыпающих лилий…
Молчанье двоих, что друг друга когда-то любили,
но стали чужими. Чье время уже истекло…
Бессильно вернуться, распавшись на тысячи слов…
По капле… Сквозь пальцы… Печально и как-то нелепо…
Несёт пора осенняя печали и смятение.
В предчувствии сжимается, волнуется душа.
Дождями листопадными окутаны сомнения,
Но осень и с грустинкою безумно хороша.
Вдыхая запах зрелости, разбавленный тревогой,
Тону в воспоминаниях, испытывая боль.
В раздумьях вновь решаю, какой идти дорогой?
Какой примерить имидж, какую выбрать роль?
Несёт пора осенняя сумбуры и сумятицу,
Беснуется, страдает, а то вздохнёт с тоской.
И под ноги мне комом листвы пожухлой катится.
И слёзы проливая, прощается со мной.
Листья капают сверху дождём
Удержаться не в силах неба
Может капли закончились в нём
Моросит лепестками пледа
Словно мать укрывает дитя
Пред холодной и долгой ночью
Колыбельной своей шелестя
Над прошедшей многое дочью
Каждый лист это жизнь одна
Не заметная и скоротечна
Быстро выпита чаша до дна
И с землёю слилась на вечно
Миллионами запорошило
Как одним разноцветным ковром
От осенней непогоды закрывать не стану ставни,
Уберу «воспоминания» в угол сердца самый дальний,
Те, что «теплые» согреют, в такт стучанья капель мокрых,
Те, что «смысла не имеют» обесценю до «прощенных».
Те, что «горькие» — забуду и не вспомню, где «поклала»,
Осень тихо, нежно, мудро, укрывает покрывалом
Золотых, багряных листьев все, что летом отболело,
Отзвенело, отыграло, отцвело и догорело…
Вот и я мудра осенне, ставни новому открою
Дождик. Утро. Воскресенье. Чем не повод успокоить
Ворох мыслей, чувств, сомнений, полуночных дум тележку,
И влюбиться в непогоду, как возможность снизить спешку,
Как возможность разобраться в истинном и невесомом,
И понять бывает к счастью первый блин (что вышел комом).