Годы уносят всё внешнее

Годы уносят всё внешнее,
То, что за жизнь накопили,
Всё напускное и грешное,
Что мы зачем-то хранили.
Снимут покровы ненужные,
Душу внутри обнажая,
От напускного, бездушного,
от бренного освобождая.
Станет душа первозданною,
Словно в минуту рождения,
Лёгкою и филигранною,
Без фальши и наваждения.
… показать весь текст …

А где-то там.

А где-то там, за линией тумана
Молочно-зыбкой хрупкой пелены,
Скрывает вечер января изъяны,
Бесснежно-грустной серенькой зимы.

Опять дожди… от блюзов их слезливых,
И настроенье тоже так себе…
Как ни печально, нет альтернативы:
Январь уходит, а морозы где?

Их нет в помине, так же, как и снега,
Как и зимы: лишь сырость и дожди.
… показать весь текст …

Белая чашечка с кофе в холодных пальцах.
Утро на балконе с видом на осень.
Где-то там, внизу с деревьев опали все листья, и пустые улицы города оказались погребенными под ярко-желтым хрустящим покрывалом.
А свитер теплый и немного колючий, высокий воротник щекочет шею, рукава вытянулись и теперь чуть длиннее, чем нужно.
Здесь нет места для радио или шума машин. Здесь нет места словам, произнесенным вслух.
Здесь есть только аромат крепкого кофе, тепло белой пушистой шерсти, шершавая текстура утреннего неба.
Быть может, тихий вздох — облачко пара.
А еще серый кот с зелеными глазами, будто замерший вместе с этим утром.

Бесполезно с судьбой препираться —
Приговор всё равно огласят.
Всё, что мы недопоняли в двадцать,
Мы однажды поймём в пятьдесят.

И напрасно от чувств закрываться,
И пиджак гордо скидывать с плеч.
Всё, что так не любили мы в двадцать,
Будем после ценить и беречь.

И опасно словами бросаться —
Их не сможем потом зачеркнуть.
Всех, кого мы обидели в двадцать,
Захотим на закате вернуть.
… показать весь текст …

Как стремительно всё развивается! Как по-новому звучит теперь фраза из 70-х прошлого века «мальчик клеит в клубе модель»!

Учительница спрашивает:
— Дети, кто знает, откуда течет электричество?
— Из джунглей!—крикнул Вовочка.
— Почему из джунглей?
— А когда сегодня утром мой папа хотел побриться, он воскликнул:
— Опять эти обезьяны отключили электричество!

Выставлять недостатки близких на общий суд — оскорбление самого себя.

Где тебя понимают, к тем и стремишься.
Кто тебя любит, в нём и растворяешься.

— Одинокие люди…
— Пустые города.
— Время смартфонов.
— Немая пустота…

Добро не оставляет шрамов, поэтому его и не помнят.