Никнет ли, меркнет ли дней синева —
нА небе горестном
шепчут о вечном родные слова
маминым голосом.
Что там — над бездною судеб и смут,
ангелы, верно, там?
Кто вы, небесные, как вас зовут?
— ПУШКИН и ЛЕРМОНТОВ.

В скудости нашей откуда взялись,
нежные, вО свете?
— Всё перевесит блаженная высь…
— Не за что, Господи!
Сколько в стремнины, где кружит листва,
… показать весь текст …

***

В ночи лазурной почивает Рим.
Взошла луна и овладела им,
И спящий град, безлюдно-величавый,
Наполнила своей безмолвной славой…

Как сладко дремлет Рим в ее лучах!
Как с ней сроднился Рима вечный прах!..
Как будто лунный мир и град почивший —
Всё тот же мир, волшебный, но отживший!..

Дмитрий Хворостовский,
Дмитрий Красноярский
и твоя звезда отгорела…
Русским баритоном
Ковент-Гарден, Метрополитен-опера
и Ла-Скала гремело!
Пел с любовью! С душой!
Мариинка, Большой
и вся Россия рукоплескала!
Навсегда ты ушел, навсегда…
Навсегда тебя рядом не стало…
Партию «Дона Карлоса» не успел,
своего любимого Верди не допел…
То высокое, то далекое —
… показать весь текст …

Серебра серебро серебрится…
Можно было бы спать, почему-то не спиться?
Далеко уже полночь выходит за круг
Я оглох в тишине, я боюсь своих рук…
Ничего уже нет, и стена холодна,
Потому что раскрашена белым стена.
И хотя можно встать, можно чай разогреть,
Забываю зачем, продолжаю сидеть,
И когда уже нет больше сил на тоску,
Сон серебряный ствол поднимает к виску.

Я пропускал весну, который год…
Не замечал, что ожила вода,
Что солнце потеплевшее цветет,
В накале игл отточенного льда.

И, став предметом помыслов и снов,
Весна пришла однажды наяву,
Где на вершине птичьих голосов,
Деревъя улетают в синеву…

Я чувствую, как слов натянутые струны
Мне стягивают ребра, в ожиданье
Дрожит рука и тело каменеет
Под звук поющей в напряженье тишины…

Сгорают мысли, рифмы, повторенья,
Клубится облако неясных очертаний,
И я, как будто бы ищу в пучине камни,
Те, что едины были в час творенья!

Мне что-то шепчут призрачные стены,
Как в раковине шум ночного моря,
Когда звезда одежды, сбросив в волны,
Венерою рождается из пены.
… показать весь текст …

Сам себе говорю: я устал
Любить пряную грусть дождей
И наводить серую краску.
Спешить успеть уловить
И знать, что успею забыть
Дым этих дней, встряску…

Или еще! Я устал мечтать
Путая кровь с вареньем,
Вынуждая себя икать
Не своим стихотвореньем.
Исключение: кроме с похмелья …
Выпустить яд, т. е. растворить
Горькое отрезвленье,
… показать весь текст …

Мне не спится, что-то тревожит мой сон,
Эти ночи мои так пустынны и зябки…
Словно мокрые камни полезли на склон,
Капли катятся по палатке.

Что мне делать с собою самим,
Где и как мне разбить свое тело,
Чтоб болело бы каждым кусочком своим,
Чтобы только душа не болела!

Мы заснули давно,
Может быть еще в зимнюю стужу,
А мне кажется лишь вчера!
Посмотри — за окном уже лужи,
Как небесные зеркала.

И со сна, что же это яркое
Разрумянилось и томит,
То ли отблеском солнца жаркого,
То ли соком твоих ланит?

Сон тенями за шторы пятится,
Расползается по углам
И во след ему день расправится
… показать весь текст …

Чернильница и белый лист бумаги,
Ночь за окном и фителек огня…
Так все века певцы стихи слогали
И рвали их потом при свете дня.

Мои глаза привыкли больше к свету,
Но лист бумаги чуть белее дня,
И если ночь таинственна поэту —
Бумага — вдохновенье для меня!

Мой белый лист! Не смею прикаснуться
К твоим неузнаваемым чертам.
Ты словно сон, и я боюсь проснуться,
Хочу внимать неслышимым словам.
… показать весь текст …