Юрий Татаркин

Когда собираются, чтобы пообщаться очень умные люди, то они много слов на разговорчики не тратят. Больше намёками на слова переговариваются. Перемигиваниями, покашливаниями и всякими жестами. А чего особо говорить-то? Умному всегда достаточно.

Правду ложью, как и кашу маслом, не испортишь. Ложь только придаст правде более аппетитный вид.

Если взять за основу непреложный факт: раньше было лучше, то из него следует, что ещё раньше было ещё лучше. Эту цепочку можно проследить вплоть до Эдема. Но тогда какого же мы светлого будущего регулярно дожидаемся? Тут явно скрыт какой-то подвох.

Тёща гостила неделю. Опять придётся священника звать, чтобы квартиру освятил.

Объявление.
Окончательное торжество справедливости, назначенное на завтра, откладывается на неопределённый срок по техническим причинам. Несправедливость категорически отказалась признать своё поражение.

Когда ждёшь и веришь, то главное — это не утратить сосредоточенность. А то забудешься и станешь ждать одного, а верить совсем в другое.

В недрах души даже самого закоренелого пессимиста теплится огонёк надежды. Потому что человек без надежды — это как дерево без ствола.

Любую работу надо делать основательно и добротно. Чтобы, случись чего, переделывать не стыдно было.

Мама мыла раму. Раму мыла с мылом.
Разик промахнулась и попала мимо.
И попала папе прямо по мордасам.
Папа не готов был к этим выкрутасам.
Что там дальше было — лучше вам не знать.
Долго эхо вторило: «мать, мать, мать, мать, мать…»
Больше рам не мыла мама никогда.
Нахрен эти рамы, от них одна беда!

Самая тяжёлая работа — это других работой загружать. Ведь каждую работу от себя буквально с кровью из сердца отрывать приходится.