Юрий Татаркин

Как это, собственно: не лезь куда не просят? Можно подумать, что лезть куда просят, вызывает хоть какой-нибудь интерес.

Если тебе Бог ума не дал, то перенаправил твой ум тому, кто сумеет им правильно распорядиться.

Повседневность — это разменная монета настоящего в сделках с прошлым.

Когда с работы возвращаешься не уставший, то непонятно: зачем вообще туда ходил? С таким же успехом мог бы и дома на диване поваляться.

На жизнь пока не жалуюсь. Считаю, что для жалоб нужен серьёзный повод. Смерть или вроде того.

Не хотелось бы присутствовать на торжестве справедливости. А вдруг, опьянённая фурором справедливость, решит победить для ровного счёта всех, кто окажется поблизости?

Длительное молчание ко многому обязывает. К продолжительному сну, например.

Мне работу нельзя поручать. От работы я быстро засыпаю. А просыпаюсь очень голодным. Но стоит только поесть, как тут же начинаю дремать. Поэтому меня лучше положить на что-нибудь и не трогать.

Для того чтобы было, что есть, надо что-то делать. Но для того чтобы делать, необходимо что-нибудь съесть. Патовая ситуация получается. Особенно, когда есть охота, а работать не хочется.