Юрий Татаркин

Хотел взяться за ум, а в голове оказалась одна сплошная глупость. А что делать? Держаться за что-нибудь надо.

Неизлечимых болезней в принципе нет. Просто некоторые несознательные люди умирают раньше, чем их успевают вылечить.

Скромности во мне столько накопилось, что её хватит на то, чтобы умолчать о помощи перевода трёх старушек через улицу с оживлённым движением и снятие с дерева не менее двух котов.

Сошёл с ума и сразу полегчало. Мир сразу стал понятней и добрей.

Ну, кому тупик, а кому и славное местечко для того, чтобы упереться головой в стенку и немного отдохнуть.

Настолько опасаюсь перемен, что даже с бока набок лишний раз стараюсь не поворачиваться.

Оптимист даже в тюремной решётке видит кучу соединённых сваркой плюсов.

Завтра — это максимально приближенное будущее. Скорей даже — полу-будущее.

Бывает такое настроение, когда почти всё не нравится. Потом настроение проходит, но радоваться, кроме себя, всё равно практически некому.

Хорошая мысль — это та, которой можно думать неоднократно. Про еду, например. Сон. Или не менее привлекательное.