Евгений Евтушенко

Трамвай ползет среди ночной вселенной
Вдоль магазинов, скверов и аптек.
И в нем ты тихо дремлешь после смены,
Наш непростой, советский человек.

Израненный, в шинели не по росту,
Прикрыв собою весь двадцатый век,
Ты умирал так гордо и так просто,
Наш непростой, советский человек.

Во имя жизни праведной, свободной,
Где будет счастья поровну для всех,
Ты побеждал, голодный и холодный,
Наш непростой, советский человек.
… показать весь текст …

Есть пустота от смерти чувств
и от потери горизонта,
когда глядишь на горе сонно
и сонно радостям ты чужд.
Но есть иная пустота.
Нет ничего ее священней.
В ней столько звуков и свечений.
В ней глубина и высота.

Лежу в каком-то шалаше,
а на душе так пусто-пусто,
и только внутреннего пульса
биенье слышится в душе.
… показать весь текст …

мы на шаре земном,

свирепо летящем,

грозящем взорваться, —

и надо обняться,

чтоб вниз не сорваться,

а если сорваться —

сорваться вдвоем.

Может, смысл существованья
в том, чтоб смысл его искать?

(отрывок)

Если Вы с неудач полысели,
То, синьоры, не будьте разинями —
Вы купите себе полицейского
Замечательного, резинового.
Бейте, плюйте, пинайте, тычьте!..
А когда его так поучите —
Облегченье хотя бы частичное
В этой жизни треклятой получите…"

«А резиновых членов правительства,
Вы скажите, у Вас не предвидится?»
«Обещать Вам даже не пробую.
… показать весь текст …

Ты спрашивала шепотом:
«А что потом?
А что потом?»
Постель была расстелена,
и ты была растеряна…
Но вот идешь по городу,
несешь красиво голову,
надменность рыжей челочки,
и каблучки-иголочки.
В твоих глазах —
насмешливость,
и в них приказ —
не смешивать
тебя
… показать весь текст …

Не сразу умирает человек,
а по частичкам — от чужих болезней,
таких, как равнодушие, жестокость,
тихонько убивающих его.
Но горе человеку,
если он
болезнями такими заразится, —
тогда не только мёртвым стал он сам,
но, пребывая мёртвым, умерщвляет.

Я Вас люблю, а Вы и не догадываетесь,
и Вам не догадаться — вот беда.
И в этом вечно будет недоказанность,
и будет недосказанность всегда.

Я Вас люблю, а Вы и не догадываетесь,
а спросите — я вряд ли дам ответ.
Да, впрочем, Вы мне тоже
не докладываетесь,
Вы любите кого-то или нет.

Я Вас люблю, а Вы и не догадываетесь,
что я скрываю под недобротой,
и до того порою я докатываюсь,
… показать весь текст …

Не добивайся счастья быть любимым, умей любить, когда ты нелюбим.

Любимая, спи…
Что причина бессоницы?
Ревущее море?
Деревьев мольба?
Дурные предчувствия?
Чья-то бессовестность?
А может, не чья-то,
а просто моя?
Любимая, спи…
Ничего не попишешь,
но знай,
что невинен я в этой вине.
Прости меня — слышишь?-
люби меня — слышишь?-
… показать весь текст …

Быть бессмертным не в силе
Но надежда моя
Если будет Россия
Значит буду и Я!

Дураки только думают, что их мысли — свои. Они у них фабричного производства.

Завидую я. Этого секрета не раскрывал я раньше никому. Я знаю, что живет мальчишка где-то, и очень я завидую ему. Завидую тому, как он дерется,-я не был так бесхитростен и смел. Завидую тому, как он смеется,-я так смеяться в детстве не умел. Он вечно ходит в ссадинах и шишках,-я был всегда причесанней, целей. Все те места, что пропускал я в книжках, он не пропустит. Он и тут сильней. Он будет честен жесткой прямотою, злу не прощая за его добро, и там, где я перо бросал: «Не стоит!"-он скажет: «Стоит!" — и возьмет перо. Он если не развяжет, так разрубит, где я ни развяжу, ни разрублю. Он, если уж полюбит, не разлюбит, а я и полюблю, да разлюблю. Я скрою зависть. Буду улыбаться. Я притворюсь, как будто я простак:"Кому-то же ведь надо ошибаться, кому-то же ведь надо жить не так». Но сколько б ни внушал себе я это, твердя: «Судьба у каждого своя»,-мне не забыть, что есть мальчишка где-то, что он добьется большего, чем я.

Закон есть непреклонный:
в ком дара нет любви неразделенной,
в том нету дара божьего любви.
Дай бог познать страданий благодать,
и трепет безответный, но прекрасный,
и сладость безнадежного ожидать,
и счастье глупой верности несчастной.
И, тянущийся тайно к мятежу
против своей души оледененной,
в полулюбви запутавшись, брожу
с тоскою о любви неразделенной.

На кухне делали пельмени,
Стучали миски и ключи.
Заледеневшие поленья,
Шипя, ворочались в печи.
Летал цветастый тётин фартук,
И перец девочки толкли,
И струйки розовые фарша
Из круглых дырочек текли.
И, обволокнутые туманом,
В дыханьях мяса и муки,
Гранёным пристальным стаканом
Я резал белые кружки.
Прилипла к мясу строчка текста,
Что бой суровый на земле,
… показать весь текст …

Вдруг вспомнились трупы по снежным полям,
бомбежки и взорванные кариатиды.
Матч с немцами. Кассы ломают. Бедлам.
Простившие Родине все их обиды,
катили болеть за нее инвалиды, —
войною разрезанные пополам,
еще не сосланные на Валаам,
историей выброшенные в хлам —
и мрачно цедили: «У, фрицы! У, гниды!
За нами Москва! Проиграть — это срам!»

Хрущев, ожидавший в Москву Аденауэра,
в тоске озирался по сторонам:
«Такое нам не распихать по углам…
… показать весь текст …

«Кончаются войны не жестом Фемиды,
а только когда, забывая обиды,
войну убивают в себе инвалиды,
войною разрезанные пополам.»

Поэт в России больше чем поэт.

'Кто там?'
'Я старость.
Я к тебе пришла'.
'Потом.
Я занят.
У меня дела.'
Писал.
Звонил.
Уничтожал омлет.
Открыл я дверь,
но никого там нет.
Шутили, может, надо мной друзья?
А, может, имя не расслышал я?
Не старость —
… показать весь текст …