Владимир Казмерчук

Бокалов звон, хрусталь сияет,
В глазах божественных тону
И мир, как будто оживает,
Целую я…- уже жену.

Моё прекрасное ты чудо,
Ты ангел нежности, любви,
Твой взгляд, — сиянье изумрудов,
Зови меня с собой, зови.

Я пленник твой, моя родная,
Душа моя тобой живёт…
И в соловьиной песни тая
Мой разум просится в полёт.
… показать весь текст …

Давай оставим всё, что есть
В пустом конверте на столе:
Досаду, ложь, ехидство, лесть
И всю скопившуюся месть,
И разбежимся по земле.

Перебирая города,
До дыр протрём все сапоги.
И лишь в холодных поездах,
Из мыслей выбросив бардак,
Поймём, с тобой мы не враги.

Ведь жизнь, она порой, как нить,
То рвётся, то гниёт в тени.
… показать весь текст …

Если человек видит в тексте только определенные слова, он никогда не поймёт истину сказанного.

Бьётся сердце на струнах боли,
Кровь течёт кипятком по венам.
Ты ему говоришь: Довольно!
Каждый шаг его старт к изменам.

Столько трещин в судьбе, что льются,
Слёзы сами рекою жгучей.
Все желают руки коснуться,
Не любовью, а чёрной тучей.

Вместо слов было лишь ехидство,
На спине море скверных взглядов.
И трясло всех от любопытства,
Как от капли в стакане яда.
… показать весь текст …

Снова кто-то стучится в окно…- барабанит…
Дождь.
Снова кто-то придёт и тебя сильно ранит…
Ложь.
И прошепчет: «Прости, отпусти, не держи»…
В ночь.
Только, как отпустить, я люблю, подскажи…
Прочь.

И бежала, кричала: «Забыть, невозможно.»…
Боль.
Говорила, твердила: «А, разве так можно?»…
Роль.
Но всегда принимала, жалела его…
… показать весь текст …

Мороз под рубашкой кусает за кожу…
Да сколько так можно в конце-то концов?!
Признаюсь, устал я от собственной дрожи,
Да прятать от ветра под шарфом лицо.

Ещё вот чуть-чуть и в охапку желанье,
Да брошусь с разбега, как в детстве на лёд.
Где стаи снежинок лежат без вниманья,
С утра совершив неустанный полёт.

И пусть все смеются — здоровый детина
С детишками вместе гоняет по льду…
Да им не понять важность этой картины,
Одно лишь под силу, молоть ерунду.
… показать весь текст …

Я слышал песнь, туман плыл тонкий
В долине сна гулял рассвет,
Грустил лишь жаворонок звонкий,
Глядя с унынием мне вслед.

Он пел, округа замирала…
Себе шептал я: «Не спеши»…
Давно такого идеала
Не слышал в тонущей глуши.

И ноги сами застывали,
А старый пень присесть манил.
Тут даже реки подпевали…
Он всех собой приворожил.
… показать весь текст …

Ветер рвал кружевной паутинный барьер за кирпичной стеной,
И берёза стучала в окно, словно путник усталый с дороги.
Мы сидели с тобою вдвоём, в темноте прислонившись спиной
К стенке старой тахты, свесив к полу свои белокожие ноги.

На столе, чуть левее огарка свечи, — со стихами блокнот,
В чаше цвета кипящего солнца лежат мармелад и ириски.
К батарее всем телом прижался усатый взъерошенный кот,
Чуть поодаль его на подносе стояли две белые миски.

Мы молчали… и нежность волшебным теплом согревала сердца,
Мысли сладко порхали в мечтах, словно ноты незримого счастья.
И лишь месяц на небе сквозь полчище туч неустанно мерцал,
Всё пытался коснуться на стуле лежащего с вечера платья.
… показать весь текст …

Вроде всё, как всегда, рассчитал я до верного,
Вот курок, вот цевьё и в прицел вижу цель, —
Прямо в стаю волков, в сердце самого первого,
Только руки дрожат и в глаза бьёт метель.

Смерть сквозь пулю смотрела на «серых» уверенно,
Что пришёл их черёд на земле умирать.
Колотилась, ждала и с ехидством немереным,
Всё шептала сквозь тьму, — нужно в стаю стрелять.

А, те словно из стали, застыли под соснами,
Будто что-то иль кто-то держал их в руках.
И клыками светились, холодными, острыми,
Нагоняя…
… показать весь текст …

В лучах прекрасных неба синь
Улыбку на лице рисует.
Ты, — грусть, прошу тебя, покинь,
Меня, судьба и так «балует».

В чернилах старая тетрадь
«Зовёт» опять, собою манит.
Вновь новый стих там написать,
Который душу чью-то ранит.

И мысли в пляс, я вновь сюжет
Пишу, о том, как сердце любит.
Чернила блеск оставит след
Который душу приголубит.
… показать весь текст …