Виктор Шендерович

Когда государство повернулось лицом к человеку, человек закричал от ужаса.

Вместо года на Бродвее советская власть разрешила нам две недели гастролей в Венгрии.
И вот в последних числах мая 1980-го года я шагал по Будапешту — свободный, как перышко в небе. Мне нравился Будапешт, но еще больше нравилось ощущение абсолютной свободы. Я брел, куда глаза глядят, и набрел на лавочку, в витрине которой штабелями лежали джинсы. Настоящие! Не подольский «самострок», сваренный в кастрюле, а натуральные «левайсы».
Ровесники поймут мои чувства без слов, а молодежи все равно не объ…
… показать весь текст …

В свое время артист Державин был зятем Семена Михайловича Буденного. И вот однажды в семейно-дружеском застолье в присутствии легендарного маршала, сидевшего во главе стола, Державин и Ширвиндт начали обсуждать одну нравственную коллизию.

Коллизия эта была такова: они работали на Малой Бронной у Эфроса, а звали их в театр Сатиры — на первые роли. Эфрос был учитель и серьезный режиссер… В театре Сатиры обещали роли… Ролей хочется, перед Эфросом неловко… Маршал Буденный послушал-послушал — и попр…
… показать весь текст …

В то историческое время партия в стране была всего одна, но такая большая, что даже беспартийные не знали, куда от нее деться.

Сознание и мышление человека похоже на колбасу.
Чем наполнили то и внутри.

Из книги Виктора Шендеровича «Изюм из булки».

…Во время литературного семинара в Германии к российскому журналисту Н подошел местный старик. Он попросил о разговоре — и через пять минут Н оказался вовлеченным в поразительный сюжет… В 1942 году немецкий старик этот был молоденьким солдатом вермахта. Его часть стояла под Рязанью, и в сельской церкви они держали лошадей… Немца всю жизнь мучила вина — и к старости воплотилась в план искупления: он решил пожертвовать три тысячи евро на ту самую сель…
… показать весь текст …

Бред сумасшедшего — не святое писание.

Независимый Израиль — страшная угроза миру.
Он большой и страшный.
Его крючковатый нос навис над трудолюбивым арабским Востоком, отбрасывая тень до рек Вавилонских.
Он еврей, и с 1948 года не скрывает этого.
Какая бесстыжесть, если вдуматься.
Он препятствует коммуникации между народами, взрывая тоннели, ведущие из сектора Газа. Он живуч, как его праотцы, и не хочет идти к праматери. Он надменен, ибо даже его Бог не смог с ним ничего сделать.
А вы говорите: иранская ядерная программа.
Наглость…
… показать весь текст …

Юный Константин Райкин, будучи человеком и темпераментным, и литературно одаренным, вел донжуанский дневник. Записывал, так сказать, свои впечатления от начинающейся мужской жизни.

По всем законам драматургии, однажды Костя свой дневничок забыл, в раскрытом виде, на папином рабочем столе — и, вернувшись из института, обнаружил родителей, с интересом изучающих эту беллетристику.

— Да-а, — протянул папа. — Интересно… Я в твои годы был скромнее, -—сказал он, чуть погодя.
— Ну, ты потом наверст…
… показать весь текст …

Иногда я так талантлив в работе, что с испугом думаю: а уж не является ли работа моим призванием?