Виктор Пелевин

«Я понял то, что время от времени понимает в нашей стране каждый: девяностые вовсе не кончились. Просто раньше они происходили со всеми сразу, а теперь случаются в индивидуальном порядке»

Все самое сокровенное во вселенной скрыто мраком черных дыр, но в сингулярность нельзя заглянуть, поскольку оттуда, как из спальни с выключенным торшером, не доходит свет… В сущности, думала я, астрофизики те же вуайеристы. Но вуайеристам иногда удается увидеть чужой акт любви в просвете между занавесками, а физики настолько обделены судьбой, что им приходится воображать абсолютно все, глядя в чернильную тьму.

Сидел русский человек в темном сарае на табуретке. Сарай был старый и грязный и ужасно ему надоел.
Русскому человеку говорили, что он сидит там временно, но он в это не верил, потому что помнил — то же самое говорили его деду с бабкой. Чтобы забыться, русский человек пил водку и смотрел телевизор. А по нему шли вести с полей, которые тоже страшно ему надоели.
Однажды телевизор показал огромный светлый дом с колоннами, каминами и витражами, с красивой мебелью и картинами.
А потом на экране появил…
… показать весь текст …

— Проблема не в том, — загромыхал он, — что в девяностые и нулевые несколько проходимцев украли много денег. Проблема в том, что новейшая история России растлила народ окончательно и навсегда, без всякой надежды на излечение. Как учить детей честному труду, если вся их вселенная возникла в результате вспышки ослепительного воровства? И честному труду — на кого? На того, кто успел украсть до приказа быть честным? Как сказал один офицер ГАИ, и эти люди запрещают нам ковырять полосатой палочкой в н…
… показать весь текст …

Этот мир — мир страдания, — сказал он. — Любая радость в нем мимолетна. Она берет начало в боли и растворяется в ней. Но люди находятся в постоянном окружении образов счастья. Ритуал потребления учит человека изображать восторг от того, что по сути является навязанной ему суетой и мукой. Все массовое искусство обрывается хэппи-эндом, который обманчиво продлевает счастье в вечность. Все другие шаблоны запрещены. Вроде и дураку понятно, что за следующим поворотом дороги — старость и смерть. Но дураку не дают задуматься, потому что образы радости и успеха бомбардируют его со всех сторон.

Бог не поймет наших слов. Вернее, он не станет их слушать, потому что они отражают скудное и ошибочное человеческое разумение. Однако движения сердца, возникающие до слов, богам понятны. Бог не слышит тебя, когда ты говоришь слова «гнев», «любовь», «радость». Но он видит тебя, если ты охвачен гневом или радостью. А лучше всего он видит тебя, когда ты чувствуешь любовь…

Не забивайте себе голову тем, что не имеет отношения к настоящему. В будущее надо ещё суметь попасть.

Как все-таки много на женщинах всяких крючков и застёжек.
Даже на совершенно голых женщинах.
И каждую нужно расстегнуть с заботой и вниманием, иначе ничего не выйдет.

есть не что иное, как кокетливая попытка, безумной обезьяны поправить причёску, на пути к обрыву.

Есть одна старая идея, которая часто излагается в фантастических и оккультных книгах: людям лишь кажется, что они ходят по поверхности шара и глядят в бесконечное пространство, а в действительности они живут внутри полой сферы, и космос, который они видят, — просто оптическая иллюзия.

Всё, чем занимаются люди настолько безобразно, что нет никакой разницы, на чьей ты стороне.

«Женщина репродуктивного возраста, поддерживая светскую болтовню на рауте, обычно контролирует процесс общения не по параметру смысла, а по совсем другим индикациям, и, проведя оценку огромного массива входных данных, решает вопрос о биологическом контакте вне всякой связи с ходом и содержанием разговора, что сразу же чувствует собеседник…»

— Что такое женитьба с точки зрения физики процесса? — вопрошал один.
— Это когда человек взял с собой в будущее поеб@ться, а оно по дороге протухло.

Информационное пространство переполнено имиджами, которые давно живут собственной жизнью…
С другой стороны, общество до некоторой степени верит в имиджи, считая, что это информационные образы реальности.
Но если имидж не отражает реальность, а модифицирует её, его уже нельзя назвать имиджем, то есть образом.
Возникает вопрос — если это образ, то образ чего?
Мы имеем дело с феноменом труднопостигаемой природы — отражением, существующим независимо от отражаемого. Этот феномен правильнее называть не имиджем, а «виртуальным информационным объектом».
У этого выражения, кстати, такая же аббревиатура, как у «временно исполняющего обязанности», — «врио».
Кроме того, ясно чувствуется связь со словом «врать»!..

Пocтоянная дегрaдация человeческого мира нeизбежна, ибо лучшие рoждающиеся в нём существа мeчтают лишь об однoм — покинуть его безвoзвратно. Игрoк, понявший, что завeдение жyльничает всегда, встаёт из-за стола. Рaно или пoздно в чeловеческом мире остаются только тупо зaблуждающиеся оcoби, подвeрженные самому убогому гипнозу. И не прoсто подвeрженные, а с радoстью гoтовые передавать гипнoз дaльше.

На рыночной площади, где гуляют голые короли, постоянно выступают веселые жонглеры, фокусники и прочие колумнисты, делающие вид, что все в порядке…

Желая защитить лягушек от детской жестокости, взрослые говорят, что их нельзя давить, потому что пойдет дождь — и в результате все лето идут дожди из-за того, что дети давят лягушек одну за другой. А бывает и так — стараешься изо всех сил объяснить другому истину и вдруг понимаешь ее сам.

Ведь женщина вовсе не создана из ребра Адама, это переписчик напутал от жары. Женщина создана из раны, через которую у Адама его вынимали. Все женщины это знают, но признались вслух на моей памяти только две — Марина Цветаева («от друзей — тебе, подноготную тайну Евы от древа — вот: я не более чем животное, кем-то раненное в живот») да императрица Цы Си, которую невероятно раздражала собственная принадлежность к слабому полу (ее высказывание я не привожу, так как оно, во-первых, непристойно, а во-вторых, крайне идиоматично и не поддается переводу). А ребро Адаму отдали, и он с тех пор все пытается засунуть его назад в рану — в надежде, что все заживет и срастется. Дудки. Эта рана не заживет никогда.

Виктор Пелевин «Священная книга оборотня»

…современный художник — просто презерватив, которым капитал пользуется для ритуального совокупления с самим собой?

В.Пелевин