Валентина Захарова

Дождинки на окне.
Слезинки на глазах…
Огонь горит в душе.
Пылает на губах.

По телу сотни молний.
От жажды по любви.
Все то, что было помнит.
На зорьке, в поле ржи…

Дождинки на окне.
Слезинки на глазах…
Безмолвно в тишине.
И пустота в словах…

Личное мнение, с одной стороны, свой груз и не тянет. С другой стороны, это поклажа с таким внутренним содержимым, что постоянно интересует «таможенников»

Почаще бы слушать душу и не перебивать.
Она плохого не посоветует.

«Совсем необязательно нравиться всем. Совсем необязательно ждать признания многих.
Если твои мысли понял хотя бы один читатель, можно считать, что ты пишешь не зря».
@ Валентина Захарова

Когда бы добиться вершин Соломона.
С Хайямом сравниться в слоге и тоне.
Не вредно мечтать, но достичь их высот.
Лишь можно, коль умный читатель сочтёт.
Пока ж в философии стих — первоклашка.
(Пусть мудрецы мне простят те замашки).
Кто-то и скажет — на тщеславье похоже.
Но это мой крест — он геном возложен.

Съехала торба с высокого горба.
Надоело горбу, враз спихнул торбу.
Надо помнить — так бывает.
С шеи тож хомут слетает.

Приручается сердечко незаметно.
Поняв, что ответчик предал. оно горько и безутешно плачет.

Всего-то по семнадцать,
Мороз стоит трескучий,
А им лишь целоваться,
Любовь, она же жгуча.
И жарко под пальтишком,
Пылают ярко щёки,
Девчонка и мальчишка,
Не будьте, люди, строги,
Светло, тепло и грешно,
То чувство без оглядки,
На вечность есть надежда,
Любовью путь так наткан.

Не нуждающихся нудить бесполезно.

Падающий снег. Вечер. Фонарь. Женщина смотрит из окна
с шестого этажа дома.
Снежинки летят медленно и она успевает проводить почти
каждую до земли. Сверкающие крылышками мотыльки уже
превращаются в комочки пуха и один к другому не плотно
прижавшись, превращаются в легкую перинку.
Женщина уже долгое время наблюдает за полётом снега. Ей
кажется, что это для неё стелет постель ночной снегопад. Вот
сейчас он закончит своё доброе дело, протянет руки и скажет:
«Спускайся, красавица! Тебе готова спаль…
… показать весь текст …

Вот он, появился на свет.
А она стоит около, с подарками и благословением.
Сейчас его умоют, спеленают, накормят и спать положат.
И сядет к колыбельке его первая и настоящая няня, Судьба.
- Все у тебя есть, малыш.
Но от меня — тетрадочка и ручка…
Живи и сохраняй их как можно дольше без пользы…
Если же случится желание писать — делай это без ошибок.
Не получится… может всегда оставить испорченную страницу
и перейти на чистый лист.
Когда придет время последнего листочка, мы с тобой встретимся.
С этими словами она и оставила малыша.
Прошло много лет. И на исходе дней старец вспомнил про свой
дневничок:
… показать весь текст …