Света Лавник 2

И твои выгорали черты,
Выцветали, как ткани под солнцем;
Увядали на ситце цветы,
Солнце падало в воду червонцем.

Багровели вверху облака,
А внизу багровели синхронно
Два окна —
два зеркальных стекла
И от этого делалось больно.

За багровым стеклом никого,
Всё разъехались в прошлом июле;
Убежало с плиты молоко,
… показать весь текст …

Поживи для себя. Искупи вину —
Преврати всё былое в прах.
Так Иуда находит осину свою,
Высоко-высоко в горах.
Так теряют любимых,
но множат врагов.
Так потом забывают звонить.
Так надрыв утихает
вчерашних стихов -
Если больше не можешь
простить.

Не так уж страшен чёрт,
как ни малюй!
Что проку спорить, нежели разлука —
Сама стучится.
Ну-ка, не горюй!
Любовь — обман,
(не пей вина, Гертруда!).
Увы! Гип-гип-увы! И это всё:
И толку нет.
Скудеет в сердце нежность.
Да, в общем-то, обычное житьё:
Зима грядёт. Крепчает безнадежность.
Пусть что-то там о рае в шалаше —
Ещё в строке попросится наружу:
… показать весь текст …

Ни одного стиха,
Ни слова.
Там, за снегом,
Мне говорят —
теперь не сыщешь и следа.
К тебе не прозвониться.
Вот так вот —
век за веком,
в последующий век —
придумывать тебя!
Придумывать черты:
воссоздавать улыбку,
как ты кладёшь на стол
растеряно ключи.
… показать весь текст …

Слюдяная поверхность воды,
У души есть свой адрес — Тайга;
Я повешу на сосны-крючки
Всё, что в городе душит меня.

Я — оленей запутанный бег,
Не по нраву мне цепь или клеть;
Если, Отче, ты сверхчеловек —
Дай свободным душой умереть.

Чтоб, пробив позвонки, проросли
Кислой клюквы рубины болот.
Пусть ложатся медвежьи следы
И кедровка о чём-то поёт.
… показать весь текст …

Есть женщина одна, но только ей,
Твоей тоски поручено молчанье.
Есть женщина, которой нет верней,
Есть женщина — разлука,
и прощанье!

Есть женщина, — в вагонах поездов,
Под стук колёс — тревога и печаль.
Есть женщина — заложница звонков,
Безмолвная, холодная, как даль.

Есть женщина — бессонница твоя,
Твой ад и рай!
Хождения по кругу!
… показать весь текст …

Любой предмет — всё это ты.
Я так устал за эту осень —
Превозмогать твои черты,
(Мы эти игрища забросим);

А выйдем к озеру, где медь,
Ещё жива вчерашним летом —
И потому слететь на твердь,
Уже не страшно ей с рассветом.

Мы выйдем к озеру. Пусть так:
Рябины гроздь, безмолвье всюду;
Какого чуда ждал, дурак? — 
(Здесь чуда нет. Не время чуду).
… показать весь текст …

Роди мне, осень, медных кукушат
Без трепета к растившей с детства ветке,
Их слижет ветер — весел и лохмат,
Приладив птиц на туфли и балетки.

В смолистом вдохе тонет «Parsifal»,
Либретто отчеканив по-немецки;
И жизнь летит, читается Стендаль,
Муслим плывёт в студийных килогерцах.

Большое солнце будто из яйца
Желтком стекает на оживший город,
Чуть треснувшая наспех скорлупа
Присыпала собой осенний морок.
… показать весь текст …

Так девочки, которым никогда,
Отцы не подарили ни конфетки,
Насмешницы, девчонки «профурсетки»,
Опустят вниз наивные глаза.
Они лелеют фантики и куклы,
Перебирая «маленькие клады»,
И жизней их бесцветные уклады,
Запрятаны под фирменною пудрой.
Под меховым пальто не разглядеть,
Не выведать душевные секреты,
Они всегда с последней сигаретой,
На тротуарах остаются тлеть.
Они всегда в бокалах для вина,
На стеночки стекают понемногу,
… показать весь текст …

«Дорогу осилит идущий» —
Идущий зачем и куда?
В терновнике птицей поющей,
[А птица-то эта была?],

Бросалась ли сдуру всей грудью
На острые иглы кустов?
Но ныне, извольте добудьте
Терновую эту любовь!

Чтоб руки кромсала до крови,
И Дантовый Ад предрекла.
Любовь, что на «лёгких любовях»
Терновым кустом проросла.