Стивен Кинг

Все же в этом ублюдском мире, во всей этой мышиной возне и суете, во всем этом навозе встречаются иногда поразительно красивые вещи, радующие человеческий глаз, и беда многих в том, что они об этом забыли.

Больше всего меня поразил рассказ
о смерти Уайльда. Он ненадолго
пришел в себя после трех часов
забытья и вдруг сказал: «Что-то
исчезает: или я, или обои». И он исчез. А обои остались.

Я действительно устал от боли, которую слышу и чувствую, босс. Я устал от того, что постоянно куда-то иду, одинокий, всеми покинутый. У меня никогда не было друга, который составил бы мне компанию, сказал, куда мы идём и зачем. Я устал от людей, которые так ненавидят друг друга. Их мысли режут меня, как осколки стекла. Я устал от того, что часто хотел помочь и не смог. Я устал от тьмы, которая окружает меня. Но больше всего устал от боли. Её слишком много. Если бы я мог положить ей конец, мне захотелось бы жить дальше. Но я не могу…

Какова цена — таков и вкус вина!

В игре картами жизни обходись теми, что у тебя на руках.

Жизнь — колесо, и если ждешь достаточно долго, она обязательно возвращается в ту же точку, откуда тронулась с места.

Насколько другой может показаться дверь, если находишься с теплой стороны.

Горе, как пьяный гость, всегда возвращается для прощальных объятий.

Что толку рассказывать, если все равно никогда не удается описать словами свои чувства.

Мы прокляты и обречены всегда думать, что можно было сделать лучше, даже когда добиваемся всего, чего хотели.

Мы сочиняем ужасы, чтобы помочь себе справиться с реальностью.

Порой глупость маскируется под доброту, а порой под честность — когда вдруг тянет выбалтывать старые тайны, говорить невесть что, переливая из пустого в порожнее

«Книги — это невероятное волшебство, которое можно носить с собой».

А ты сам разве живёшь не затем, чтобы узнать, что будет дальше?

«Мизери»