Сергей Вячеславович Дроздов

Дай ей терпения Господи,
Пережить эту осень промозглую.
Сильной быть, подстать ветру,
Чтобы слова её стали заметны.
Тем кто глух и не слышит,
Чем её сердце дышит.
Вразуми, отвернувшихся всуе,
Сложно ей, по теплу тоскует.
Нельзя так, родные люди,
Ведь она их все так же любит.
Помоги ей, прошу Господи!
Пережить эту осень промозглую.

Не знаю, как у Вас, у нас дожди,
Декабрь сбрендил, где-то пряча стужу.
Зима, возможно, будет впереди,
Но первый месяц город тонет в лужах.

А хочется на небе ярких звезд,
И снега, чтобы в выходной на лыжах.
Чтоб стекла разукрашивал мороз,
Но, видно, он на город наш обижен.

Чтобы метель накинула вуаль,
На грязь и слякоть утонувших улиц.
Чтоб чашка кофе, шоколад, миндаль,
И из окна снежинками любуясь.
… показать весь текст …

Мне Ваша лирика и нежность, как бальзам —
Мелодия дождя и вой метели.
Как ветер, что уносит в небеса,
Как чашка кофе по утрам в постели.
Как поцелуй, застывший на щеке,
Как мною ненаписанные фразы.
Осколки снов, что я зажал в руке,
Но выпустить, увы, не смог ни разу.

По твоей наготе проскользит полумесяца свет,
И, играя тенями, застынет в шелках постели.
Это сводит с ума, и противиться смысла нет,
Я хочу утонуть в твоем бархатно-жгучем теле.

Я хочу утонуть в поцелуе дрожащих губ,
Я тону каждый раз, как в первый тебя целуя.
И в замок зажимать скользящие пальцы рук,
Как же можно тебя не хотеть, тебя такую!

Как же можно тебя не любить, когда душа
Устремляется ввысь безумно счастливой птицей.
Когда в каждом мгновенье рядом, едва дыша.
Я готов без следа, навсегда раствориться.

Моя душа Вам вовсе не к лицу,
Как не крути, не примеряй -напрасно.
Нет места обручальному кольцу,
И чувствам, что просыпались сквозь пальцы.
Нет места даже слову о любви,
Устало сердце биться ожидая.
Ведь в нем Вы растоптали, что могли,
Быть может вовсе не подозревая.
А по сему увы такой итог,
Однажды все уходит без возврата.
Я как и прежде буду одинок,
И Вас считать не стану виноватой.

Дальше все просто — в разные стороны,
Ты — на восток, я — в закат на запад.
Слишком пронзительны ноты минорные,
Слишком устали искать виноватых.
Напрочь затянутое расставание,
Струнами рвется, где фальшь в мелодии.
С выдохом скажем «пока» на прощание,
С вдохом «прощай» тому, что запомнили.

Многих женщин любил,
А может казалось.
Отдавался всецело,
И чувствам и страсти.
А теперь нету сил,
Ничего не осталось. И душа под прицелом,
Разбитого счастья…

Ты болеешь, мне больней вдвойне.
Умираю в зыбкой тишине.
Безысходность разрывает грудь,
Мне б тебя обнять, к тебе прильнуть.

Посмотреть в уставшие глаза,
Целовать, коль выступит слеза.
Пледом укрывать, когда озноб,
Ты уснёшь, и я у твоих ног.

Расстояние душит, бередит,
Ты больна, и у меня болит.
Сердце. Ведь не доктор я-больной.
И живу я лишь тобой одной!

Однажды мы станцуем под дождем,
И пусть глядят смущённые прохожие,
Им не понять, как хорошо вдвоем,
Что мы на них ни грамма не похожие.
Пусть их смешат движения ритму в такт,
Пусть возбуждает тел намокших грация.
Им смелости не хватит сделать так,
Как мы, не могут счастьем упиваться, и…
Пускай осудят поцелуев вязь,
Внимания не достойны эти действия.
Под их зонтами слякотно и грязь,
А дождик наш — гораздо интереснее.

Любовь любовью, а поесть бы надо!