Равиль

Каменные гнезда в бетонных скворешнях. В них души земные живут. В радости, в горе, в любви, в расставании. Рожают и счастье имут. В каменных гнездах живем-проживаем.По сроку летим в небеса. В каменных гнездах друг друга не знаем. На просьбы отводим глаза. Бетонный скворечник душ разобщенных. Закрыт на чугунный замок. За ним суетою обремененный. Мы проживаем свой срок.

В лесах таежных, в буреломе. Забытый всеми скит стоит. Там человек живет в разбитом доме. Что лес дает, тем он и сыт. Ненастья, хвори там какие. Все лес дает, всем исцелит. Нет там страстей, надежд и боли. Века лесов покой хранит. Там просто человек с природой. Не по нужде живет — привык. И вот однажды на пороге. Из мира нового гость возник. Привез подарки, репортеров. Врачей, ну если что болит. И прочь уехал. Растрезвонил. На всю планету: есть ИЗГОЙ. И вновь забыли человека. Лишь потревожили покой. Надежду, дали что, забыли. Подарки слать — бензина нет. Остался человек в Сибири. Опять один на весь бел свет.

Сижу я компа с твоей открытою страничкой. Где несколько коротких твоих слов. И вот уже в окно ночною птичкой. Спустилась мгла с набором своих снов. И я прилягу: скоро третьи сутки. Быть может я усну и в этих снах. Увижу я тебя, себя, мы на пруду, там утки. Их кормим с рук, у нас пшено в руках. Потом прогулка по аллеям парка., на скамейках краска. А мы с тобой идем: пух тополинный в нос. О чем-то говорим. В твоих словах опаска. Мол есть сынок и он уже подрос. То не беда. Ведь дом стоит отдельно. Пускай растет там в дому, в любви малыш. Ведь если Любовь на сердце беспредельна. Ты главное любви той крик услышь.

Девочка красивая, самая любимая. Милая, родная Я ТАК ТЕБЯ ЛЮБЛЮ. Время, что не вижу, время, что не слышу. Пролетает мимо, куда-то в пустоту. А я… ну так желаю, вижу в снах -мечтаю.Рядом быть с тобою. Всегда и навсегда. Жду и так скучаю. Тебя, и ожидаю. В надежде, что прошепчешь тихонечко мне :*ДА* Коль скоро станет это. Коль скоро наше лето Будет вместе с нами, где СЧАСТЬЕ и ЛЮБОВЬ. Девчонка неземная, любимая, родная. Я верю все оттает, нас встретит общий кров.

Мой милый друг мне снился чудный сон. Лодка, море, паруса, а надо мною. Неба высь и звездный океан. Дорожка на воде подсвечена луною. И я по ней плыву, куда не знаю сам. Я думал, что к тебе, но тут мой сон прервался. Сел, закурил и с сожалением теперь пишу. Про то как сон красиво начинался. И я попробовал опять уснуть. В надежде, что тот сон вернется может. Я думал что морфея попрошу. Меня услышав, он мой сон продолжит. И представляешь, милый друг, тот сон вернулся. Там в отражении воды играли две звезды. И я смотрел, боясь вспугнуть и … обернулся. А в небе сердце-облаком, и дымкою три буковки Я и ТЫ.

И снова ночь прохладою манит. К себе под звезды, в тишину. Где в чувствах сердце возгорит. Где музыка двух душ сливаются в одну. Луны сияние в ноги кисеей. Аллея ив склонилась в галерею. И дымка впереди, и мы с тобой. Рука в руке в ту дымку за мечтою.

Город, квартира, не знаю этаж. Окошко полное света. Там за окном у стола за компом. С Урала ждешь ты привета. Город в ночи, метель, фонари. Снегом февраль засыпает. В доме своем окошки горят. Свет от свечей в них мерцает. Там вдалеке нежность — душа смотрит на море в окошко. Здесь из окна равнина, снега, тащит мыша чья-то кошка. Тысячи миль меж тех окон пути. Пейзажи, града и деревни. Так хочется взять и вызвать такси. И к морю, где волны на берег все в пене. Город в ночи у моря и тут. У моря душа в сноведениях. Здесь же нет сна, холостяцкий уют. Пустынный дом приведение.

Увы прискорбно осознание, не всякий щедрый коли он богат. И как гнетет порою понимание, что рад бы одарить, вот только бедноват. А может не всегда критерии кармана. Важны, а чувства как тогда? Когда богат -расчетлив часто. И заберет скорее все назад. Бывает так что не богат, но щедр. И если хочет сердцем обладать. Из кожи вылезет чтоб одарить безмерно. Свою любовь, о ком не мог мечтать.

Недавно совсем, век какой-то назад. Общение лишь друг против друга. Где двое ловили брошенный взгляд. Слова о любви в жар и в вьюгу. Там мили и версты рвали сердца. И души томились в печалях. А ныне все проще, в общении средства. На вкусы все, в разных деталях. Общаемся мы только жаль, что печатно. Не видя, не слыша, только экран. А если бы вдруг стало видео внятно. И мы визави, позади быта план. Такая идея возникла. Наверно. События я тороплю. Ты прости. Как скажешь, так будет. Как удобно, так верно. Главное то, что общаемся мы.

Небесные тела к земле стремятся. Отнюдь не в гости. разрушения для. И тот кто видят радость в том, по сути-то глумятся. Ведь люди пострадали зря.