Пойзон Айви

Мне кажется я тебя давно и прочно
Сочно, нежно… безнадежно, конечно…
И беспокойно, бессмысленно… точно,
Ударение на «кажется». Беспечно,
Беспочвенно и не думая дважды,
Но всерьёз и боюсь надолго. Ох,
Мне б губами коснуться однажды,
Чтоб почувствовать в чем подвох…
Мне Кажется. Всё, исправила. Но Ощущения тянут вниз, когда ввысь
Лететь бы. А я лягу на самое дно
И свернусь там, до твоего «брысь»…
Сладость, что заменяет мне вдохи,
Вытесняет горечь. С чего бы вдруг?
Кажется, от пира эмоций лишь крохи
… показать весь текст …

тишина в эфире… у меня фонетический голод…
шепот, сладкий когда-то, зовущий, теперь утих.
в нашем маленьком мире словно вакуум для двоих
поглощает все звуки, взамен отдавая холод…
а мне так нужен бархат ласкающий слов твоих…
нивелирует грусть мою вечно шумный город,
разливающий запахи: мята, имбирь, смог, солод…
только нет в них тебя… мир без запаха стал так тих…

Мимо все идут стройными строями,
Ухмыльнусь, взгляну грустно во след.
Я люблю тебя всеми доступными любовями,
Ведь других любовей в мире больше нет.

Да… ты не болен мной…
Спасибо не скажу
За то, что я сама тобой болея, не приручу и не приворожу…
За то, что жить иначе не умею,
За то, что научиться не хочу…
По мне, так лучше в камеру хранения
Сдать сердце… или в руки палачу,
Чье имя- Время…
Да… Годы округляют месяцы,
Те замыкают дни бессонными ночами…
Спасибо? Нет… за то, что я скучаю,
Еще не до желания повеситься,
Спасибо не скажу… Пусть и не терпится
Хоть что-нибудь тебе еще сказать…
… показать весь текст …

Мне бы стать лианой- тонкой, гибкой, упругой-
Бог мало дал рук, чтобы крепче тебя обнимать…
Ядовитым плющем обвивать твое тело, по кругу
Распуская цветы на коже и ласково обжигать…
Мне бы больше нектара в речи, меньше соли…
Если сделаю больно, то сразу же исцелю.
Я хочу тебя каждой клеткой, хочу до боли
Всей собой обнимать. Ты почувствуешь-
Я люблю…

краш-тест моих мыслей пройден успешно
с размаху об стену из слов кирпичей.
ты очень мне нужен, и до сих пор нежно
хранится к тебе моя связка ключей…
побольше от сердца, сложнее — от тайны
что ты мне однажды поведал в ночи
и маленький, словно висит тут случайно
от сейфа, где что-то от боли кричит…
мой мальчик-нетайна, давно мной разгадан,
загадан, исполнен, немного помят…
ключи на брелочке, мне больше не надо
оправдывать чувства-
в них ты виноват…

я пенка сливочная сверху
ты кубик сахара на дне
а между нами горький кофе
и фатум ложечку занес

Ну, как? Теперь не играется?
Да, вижу, что и не любиться…
Что тянется, терпится, мается
И что-то никак не забудется.
Кого ты решил тут обманывать?
За дверью не первая осень…
Удачно тебе отпраздновать
В дебрях из этих двух сосен.
Пусть ровно в двенадцать сбудется
Все то, что в руках ломается-
Смирится, стерпится, слюбится…
А, впрочем, меня не касается.

когда хочется жалости, когда хочется плакать,
да повыше взлетев бесконечно падать,
чтобы крылья сгорели в атмосфере постылой,
тогда слабость и дрожь заменяешь «силой»:
забываешь себя, становясь к земле ближе,
тупо смешиваешься с толпой таких же,
потому что ты так и не смогла решиться
сложить крылья и всё-таки, блять, разбиться…

Выбери меня… не так, как выбирают даму сердца в череде похожих, но при этом сильно отличных. Отличных не таких, когда больше чем «на пятёрочку», а разных внутри и снаружи… В общем, выбери меня, как выбирают до дна. Вот так прямо запускают руки и выгребают, выгребают… пока не остаётся ничего. Чаще как-то получается, что пригубили, напились, намылись, наплавались в моем океане с моими же китами, набили локти и колени, выкарабкиваясь, когда штормит… А ты просто (не просто) вычерпай всю меня вовне, посмотри сколько всего-всех покоится в этом маленьком для тебя сосуде. Что тебе мой океан, когда ты целая планета без клочка суши, в котором можно тонуть вечно?