Наташа Воронцова

Трансгендеры, зоофилы, люди кошки, практически узаконенная педофилия, три пола у собак, одиннадцатилетняя израильская девочка, гордо кричащая: — Я — лесбиянка, Грета Тунберг- почётный доктор факультета теологии, фонд мира, передающий оружие, вы все ещё считаете, что не требуется хороший доктор, желательно хирург? Мир обезумевших извращенцев, генитально- шлаковый рай. Если всё это — признак цивилизованности, предпочитаю остаться дикарём.

Люблю стихи, как битое стекло, как бьющие по нервам плети, где через боль душе становится светло, где слышен стон и горечь междометий.

Ты полубогом мнился мне,
Чистейшей девичьей душе,
Но, а когда дошло до дела,
Трепло, и любишь неумело.

Не страшно желание приукрасить свою внешность, гораздо страшнее лакировать свою суть.

В восхищённом взгляде любящего мужчины таится женская красота, мужчина - творец истинной женственности и неповторимости.

Пусть зима будет белая, белая, взгляды искренни, мякоть спелая мандаринов, и полон дом, тех, кто близок, в дверной проём, если рвётся, то только счастье, пусть минуют печали, страсти, а январская белоснежность пусть напомнит, что правит нежность, злом ведомый, сгорит дотла, но улыбка сильнее зла, пусть забудется мрака крошево, я желаю нам всем - хорошего.

Давай, душа, поговорим,
Сбылось ли всё, о чем мечталось?
Когда-то мне хотелось в Рим,
Но побывав, там не осталась.
Где только не были с тобой,
Перечислять не вижу смысла,
Но звал Териберки прибой,
И я рвалась назад, как быстро
Проходит жизнь, ещё вчера
Бегу с горы и в кровь колени,
Потом влюблённости пора
И о взаимности молений,
Ножи предательств, да, спина,
Нет на тебе живого места,
… показать весь текст …

Как только я разлюбила мужа, в доме воцарились мир и спокойствие.

Просыпаюсь и думаю — к морю, а иначе сдурею совсем, с опасеньем немного поспоря, не попасть бы в заснеженный плен, мчусь туда, где стихия свободна, море дышит, не ведая сна, где неважно вчера и сегодня, наступает в душе тишина, на краю громогласной планеты понимаю, нетяжек венец.
Беды блекнут и падают в Лету, и смеётся довольный Творец.

А в общем-то немало нам дано,
Смотреть на мир влюблёнными глазами,
Коль в бедах не зашторивать окно,
И птичек наслаждаться голосами,
Ценить восход и Богом данный день,
И в грозы танцевать на перекрёстах,
Запомнить бы, нужны нам свет и тень,
Не счесть ролей на жизненных подмостках.
Судьба порою зла, но всё равно,
Есть радость и от близости блаженство,
Терзаться вечно, правда же, грешно,
Во взлётах и паденьях — совершенство.