Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно
Сижу я вчера на маникюре, звонит муж: — Ты хорошо себя
чувствуешь?
— Прекрасно! — отвечаю.
— А зачем ты ушла в разных кроссовках?!
Занавес.
Боюсь, что и ноотропы уже не справятся, только продолжительный отдых.
Хоть толку от тебя немного, но вдохновения — на восемь лет вперёд.
Разлука нам пошла на пользу, мы оба счастливы теперь.
Да не была я меркантильна, но на колготки мог бы дать.
Мы снова встретились случайно, я поджидала пять часов.
А Вы, парниша, очень жадный, ни трюфелей мне, ни Мальдив, купили розочку и ладно? Страсть без расходов — это миф.
Известна тяга женщин к красоте, мужчины попадаются не т. е. Не ценят нас, не понимают, расходы лишними считают, не водят часто в магазин и пялятся на всяких образин.
В предвосхищающей тиши
Душа стремится к благодати,
О чём угодно напиши,
И всё покажется некстати.
Душа не платит миру мзды,
Слезами отдано немало,
Восход Рождественской звезды —
Есть обретение начала.
Провожаем с грустью лето,
С каждым днём всё меньше света,
И с небес то дождь, то морось…
Осень мы встречаем порознь.
В теплый край стремятся птицы,
Дождь ли, слезы — жгут ресницы.
Мне бы дни наполнить смехом!
Я вернусь! Не сном, так эхом.
села на диету
сразу как назло
хочется конфету
курочки бедро
жареной картошки
с семгой бутерброд
тортика немножко
сала что за черт
я давлюсь конфетой
аппетит- злодей
странно до диеты
я была худей
И в общем-то всё прекрасно,
Живёшь себе и живёшь,
Не ждёшь никого напрасно,
Не копишь тоску и ложь.
С другим по утрам танцуешь,
И планов- то громадьё —
В них веришь! Его целуешь,
Но видишь лицо твоё…
Я - Евы дочь, во мне века
И тяга к таинству познанья,
Я — жизни быстрая река,
Я — королева мирозданья!
Я — нескончаемый поток
Всепоглощающего света,
Я — страсти огненной глоток,
Богиня нежности и лета.
Я- стужа, вёсны, холода,
Умна, капризна и изменчива,
Другой не сыщешь, я одна —
Тебе назначенная Женщина.
Жизнь, летишь, аж шляпу сносит!
Погоди, припудрю носик,
В косу алый бант вплету,
Неудобно ж на лету!
Дай любовью насладиться,
Ведь она души жар-птица,
Без неё ни то ни сё,
Куст засохший, да и всё.
Сколько вёсен петь осталось?
Мне б сберечь и жар, и шалость,
До конца позволь гореть
И на мир, смеясь, смотреть!