Михаил Жванецкий

Если государству что-нибудь от вас надо, оно называет себя Родиной.

Иногда я пользовался дружбой с ним. Я жил тогда в Ленинграде. Был я холостой, одинокий. Ко мне приходила девушка, я ставил «Кони привередливые». У нас развивались отношения, и я звонил Володе: «Володя, тут прелестная девушка есть».
Он говорит: «А ты „Кони привередливые“ поставил?»
Я говорю: «Да».
Он: «Дай ей трубку».
Я уж не знаю, что он там говорил или, может быть, напевал, но он очень болел за меня и содействовал моим успехам.
После такого звонка я был королём положения, и мы с этой деву…
… показать весь текст …

Настойчивый мужчина всегда пробьётся к сердцу женщины.
Даже если она его не любит.
Даже если у неё есть кто-то получше.
Потому что в этом она уверена, а во всех остальных нет.
Женщина выбирает не любовь, а опору.
Она ему изменит.
Он — ей.
Но это не в счёт.

В мире, по-моему, ничего нет лучше красивой женщины. Лучше красивой женщины только красивая мысль. Они обе трудно приходят, но обе возникают целиком и сразу. И все-таки красивая женщина — это больше, чем внешность. Это и тепло, и ум изнутри. Это свечение. Это проступание сквозь одежду. (Мужчина сквозь одежду не проступает.)

Я всегда изумлялся их способности любить умных. Ну нет, не любить, а привязываться. В общем, красивая женщина так же редка, как умный мужчина, — нужны списки, вольеры, может…
… показать весь текст …

Самое острое, что я слышал — это чтение нашей Конституции по радио.

Страшно будоражит и делает человеком. Это сильнее Чехова и Достоевского. Это не то, с чего можно брать пример. Это можно потребовать для себя. Лично. Дадут или нет, не скажу. Но требовать — обязаны.

Художественным произведением вы можете восторгаться, наслаждаться, любоваться, даже питаться, но не можете требовать его для себя.

А когда вы слышите то, что вам обязаны предоставить… Потому что вы есть. Не хуже всех. Не хуже дру…
… показать весь текст …

Аркадий Исаакович, это непостижимо — мы снова встретились.
Ваши воспоминания, где уже есть я.
И мои воспоминания, где уже есть Вы.
Чего нет в Ваших воспоминаниях — Вас.
Как в моих не будет меня.
Человек не знает своего характера.
В воспоминаниях — «я сказал», «я подошел», «я ответил»,
«я переживал».
Никто же не пишет: «Со мной случилась истерика. Я ему де-
нег так и не отдал… Когда все разошлись, еще долго раздава-
лись мои крики… Я лежал и накручивал себя. Накрутил и зака-
тил такой…
… показать весь текст …

У женщин всегда есть два варианта:
либо раздеться, либо одеться.
И всё! И всё!
Вся работа!
А мы-то ради этого на что только не идем: и рисуем, и компании создаем, и тексты пишем…
А она оделась и ушла…

О себе я могу сказать твердо. Я никогда не буду высоким. И красивым. И стройным. Меня никогда не полюбит Мишель Мерсье. И в молодые годы я не буду жить в Париже.

Я не буду говорить через переводчика, сидеть за штурвалом и дышать кислородом.

К моему мнению не будет прислушиваться больше одного человека. Да и эта одна начинает иметь свое.

Я наверняка не буду руководить большим симфоническим оркестром радио и телевидения. И фильм не поставлю. И не получу ничего в Каннах. Ничего не получу в смоки…
… показать весь текст …

Я работал на этот проклятый имидж весельчака и затейника много лет, ибо имидж сексуального маньяка мне уже только снится.

Да нет, лечиться надо, кто же возражает. На здоровье это, конечно, не влияет, но умственно, или, сказать хлестче, интеллектуально. Диапазон бесед.
Например — не надо пить! Почему надо пить, я могу доказывать аргументированно и бесконечно. А почему не надо — они мне на двух жалких анализах.
Господи, да почему надо пить. Да потому, что как пересечешь границу туда, так вроде и солнце, и туфли чистить не надо. Пересекаешь обратно из цветного в черно-белый, и желание выпить начинается еще над облак…
… показать весь текст …