Лариса Емельяновна Миллер

Давайте ловить кирпичи,
Что в головы близких летят.
Отменим скитанье в ночи,
Которого так не хотят

Любимые наши, тот мрак,
Где будут потеряны нить
И память. Придумаем как
Любимым бессмертье привить

Пиши поверх чужих письмён,
Чужих имён, чужого пыла,
Пиши поверх всего, что было,
За время смены всех времён.
Поверх чужих черновиков,
Беловиков, чужого текста —
Иного не осталось места
По истечении веков.
За годом год, за слоем слой…
Поверхность новую тревожа,
Пиши, сумняшеся ничтоже,
Свой дерзкий стих, бессмертный свой.

Он взял свою жизнь и куда-то унёс,
На брошенный дом оглянувшись сквозь слёз,
Сквозь слёзы на дали взирая…
Увы, не видать ему рая.
Ведь рай, что мерцает в дали голубой,
Совсем не для тех, кто кончает с собой,
Земного не выдержав ада
И выпив смертельного яда.
Теперь впереди ни границ и ни дат,
А только один нескончаемый ад,
Немыслимый и беспредельный,
И хуже того — несмертельный.

Живи, покуда поглощён самим явленьем.
Среди подробностей взращён, живи мгновеньем.
Оно лишь только и дано. Всё остальное —
Воображение одно, причём больное.

Живи мгновеньем, что летит и улетает.
Спонтанных записей петит душа читает.
А что там дальше — благодать иль двери ада —
Ей не дано предугадать, да и не надо.

Незрима та перегородка,
Что разделяет ЗДЕСЬ и ТАМ,
И тени бродят по пятам
За нами преданно и кротко.
Отгородившись тишиной
И полупризрачной стеной
От нашей суеты всегдашней,
Они близки, как день вчерашний,
И далеки, как мир иной.
… И слез обильных не унять,
Не удержать и не обнять
Того, кто стал бесплотной тенью.
«Смиренью, — говорят, — смиренью
Учись, коль некому пенять».
… показать весь текст …

И маленьких нас небеса окружали.
И было нам страшно, и губы дрожали,
Когда небесам задавали вопрос
О том, что нам день народившийся нес.
И губы дрожали, под ложечкой ныло,
А солнце в глаза нам безжалостно било,
И небо, которое было везде,
Качалось в текучей и талой воде.

А дождик, выбившись из сил
И затихая,
Все моросил и моросил,
Перетекая
С небес на землю, чтоб опять
Подняться к высям,
От чьей способности сиять
Всегда зависим.
И от и до, и снова от —
Перемещенье,
Всего и вся круговорот,
Коловращенье …
За кругом круг идем-бредем,
Идем устало,
… показать весь текст …

Все дорого нынче, а жизнь дешева.
И трачусь и трачусь покуда жива:
Билет покупаю, в театр иду,
Сижу там в каком-то неблизком ряду,
В бинокль слежу за актерской игрой,
Гляжу, как пытается выжить герой.
А жить, — как по минному полю итти:
Шагнул в неизвестность — и жизнью плати.

И голуби взлетают из-под ног,
И всё здесь в перьях, в перьях и помёте…
Дослушайте меня, и вы поймёте,
Ведь у меня, ей-богу, лёгкий слог.
…И всё ласкает нынче слух и глаз
В Венеции, где голуби на пьяццо
Гуляют и двуногих не боятся,
Живя в простейшем времени — сейчас,
Живя сейчас, сегодня, нынче, днесь…
Что щедрый Бог пошлёт, тому и рады,
И не сулите в будущем награды,
Пусть сей же час, сегодня, прямо здесь
Нам в клювик крошку бережно кладут —
Сегодня же, сейчас, без промедленья,
… показать весь текст …

Надоел ты, человечек, нету сил.
Ну зачем ты плод запретный надкусил?
Потерял ты в результате райский сад
И навек тебе заказан путь назад.
Надоел ты, человечек, надоел.
Ты, должно быть, плод запретный не доел,
Ты, наверно, до конца не догрешил, —
Оттого тебя Господь не порешил.
Лишь обрек на тягомотный путь земной.
Сам ты всем своим превратностям виной,
И живешь, все время Бога теребя
И упрашивая выслушать тебя.