Константин Мака

Я расскажу тебе так, как ты хочешь.
Свобода это — дурная привычка.
Работал оценщиком,
стал изгоем.
Зачем нам критика здесь без кавычек?
Когда цитата и автор с именем.
И Беломорканал давно уж достроен.
Люблю отныне
— пожар в камине,
Безликость парада идущего строем..

— Зачем я связался?
Живешь без креста.
ветер сегодня, как сука воет.
меня укачала злая волна,
чувствую — скоро накроет…
— Ну, что ты как баба, вокруг красота,
солнце на севере днем не уходит…
просто бывает здесь иногда
небо с водою спорит…

Возможно, — ты была права,
и слово нас не очень любит,
слова, как сорная трава,
и часто словом душу губят…

Тот вечер погас,
не успев повториться,
раскрыв звездопада лицо.
Внутри поселилась ночная царица,
уставшее тело
сдавило стальное кольцо…
помчались по кругу разлуки и встречи,
на цифры распались года.
казались счастливыми звездные вехи,
но борт проломила вода…

Ничего не найти, что обещано,
как в стакане вино недопитое
и висит за окном в тишине ночей
моё небо, как шёлком прошитое.

Застучат капли лбом в стекло,
темнота заскользит тенями
и покажется — что пришло тепло,
прикоснулось к земле губами.

Дорога. Зима. Угрюмость небес.
Полёт в небеса и заснеженный лес.
Дыши, не греши и выпей до дна
дорожный коктейль с названьем «зима».
Здесь небо в алмазах вдоль лунной реки,
Здесь жизнь выживает судьбе вопреки.
И в танцах снежинки, в оттенках души
зима растворяет безмолвье тиши.
---
Свобода — это когда мимо.
Не зацепило, не удивило…
Прошёл сквозь стенку.
Мимо рекламы, сочувствия, моды, суеты и равнодушия большого города…

Звезды скрыли тайну рожденья.
тёмной силой заполнен эфир.
и дороги судьбы на орбите творенья
неизвестно куда завели…

я о прошлом почти не жалею,
ни любви, ни мечте не молюсь
в альмагесте земли Птоломея
бродит вечная памяти суть.

Мы открыли свою страну,
оттолкнувшись ногой от пыли,
и пусть души как волки выли,
наши Миги ушли в тишину…

Вминает нас в кресло сила,
а миг продолжает взлёт.
Так ночь на краю обмана
не смотрит в упор, в глаза,
невинность шального взгляда
с клеймом векового зла.
Безумие греет души
в театре сидячих мест,
зеркальность тоскою душит
своих и чужих невест.
И внутренний голос веры,
-придавленный смехом крик.
небесный клочок арены
и взлёта последний миг…

Да, любовь она зараза,
что ни день — меняет профиль.
необычные глаза
и огромный, длинный шнобель.
не пытайся осознать,
тут такое с нею дело,
тока станешь понимать,
а она сменила тело…))

Боль, обман и настроенье,
долгий день — в потоке шумном.
и забытое веселье
быть понятным, но ненужным.

тишиной себя запутать
или вынужденным пленом.
отказаться от маршрута,
разлетевшись по антеннам.

заплатить налог богатым,
пусть за бедность оправдают.
не хочу быть виноватым.
не люблю, когда стреляют.
… показать весь текст …