Карен Джангиров

Был месяц март, мир двигался к черте —
из белых странствий страны возвращались,
и капли солнца в травы превращались,
и небеса в деревьях растворялись…
А мы с тобой в упавшей высоте
навек прощались

Большими рядами
идут по земле деревья,
но их стройное шествие
остается для нас незамеченным,
ибо деревья идут
со скоростью тысячелетий

Во все времена
мы стоим перед дверью в Будущее,
созерцая безмолвно в замочную скважину
панораму чудесного мира, в котором
есть решительно все, кроме нас самих,
отрешенно стоящих за дверью…

И потому наш удел —
и сегодня, и завтра, и вечно —
любить этот мир,
в котором живут
Другие.

Ничто не сбывается
но даже если сбывается
это всего лишь видимость
Ведь стоит отойти на шаг
стоит только пошевельнуться
как становится ясно
что Это опять не то

И небеса во мне вдруг опустели —
все облака, что жили и летели,
куда-то вдаль растаяли, слетели…
Исчезли птицы, даже два последних,
два самых верных мотылька на дне,
сбежав в Иное, канули… Во мне
горят планеты, рушатся светила,
и даже та, которая любила,
став пустотой, уносится с постели…
И небеса во мне вдруг опустели

Не для славы мирской,
не для злата земного,
я живу для распахнутых
окон

Как трудно ходить босиком
по дну обмелевшей Вселенной

Длинноглазая, длинноволосая… Она любила брусничных мальчиков… Она любила брусничных, а жила со мной… Однажды, не выдержав, я спросил:
«Зачем тебе эти, брусничные? Зачем тебе эта блажь?»
«О, Волк! — улыбнулась она. — С ними, боготворящими… Я ощущаю себя царицей… А с тобой, убивающим… Маленькой, глупой улиткой… А мне, что-
бы жить… Нужно и то, и другое!» Аргумент был железный и я ее больше… Длинноглазую, длинноволосую… Никогда ни о чем не спрашивал.

Мой
разум
живет
в мансарде, с открытым
окошком, куда
с визгом влетают
стрижи

ОДНАЖДЫ (Из книги «ВЕТЕР»)

Он очень любил рисовать лошадей, хотя никогда
не видел лошадь в глаза и совершенно не стремил-
ся к этому.
Те, кто знали его, посмеивались, остальные нахо-
дили в его «лошадином» искусстве удивительное
многообразие.
— Какая смешная свинка! — восклицала его под-
руга, показывая пальчиком на одну из последних
«лошадок».
— Какой милый тюлень! — искренне восторгалась
девушка, живущая этажом выше. А потом добав-
ляла. — Как бы я хотела его погладить!
… показать весь текст …

Я рисовал ее имя на горных вершинах.
А она украшала его лепестками.
Я отпускал ее птиц в небеса и дальше.
А она кормила их ложечкой в клетке.
Я смеялся, когда нам встречались мертвые.
А она сострадала и плакала.
Я творил ее тело из листьев полыни.
А она оставалась жасмином…
Мы расстались, потом… Было много других…
Имя которым — Же…
Но всегда, вспоминая ту девочку…
Возникало такое чувство… Будто Бог
подарил мне кусочек чудесной реальности…
А я хотел в ней увидеть…
… показать весь текст …

Пока
я люблю,
от меня убегает
сердце