Юрий Анатольевич Тубольцев

Человек — это мера, раздвигающая себя в безразмерность или человек — это безразмерность, загоняющая себя в рамки?

Был бы я пастухом — овцы в девках бы не сидели.

Как День взятия Бастилии стал Днем Сурка
— Кто взял Бастилию?
— Не я.
— Сколько раз ты не взял Бастилию?
— Я Бастилию не взял, не беру и не буду брать! Я каждый день не беру Бастилию!

Мне рассказал друг, как варить фасолевый суп с индейкой, там было много всего интересного, много всяких ингредиентов, но особо я внимательно не слушал, а может и слушал. Потом он мне сказал, что вдруг тебе потом придется варить суп самому. Вот поэтому я тебе и рассказал. А я и отвечаю — что да ну, я хожу в рестораны. «Но это же дорого», —говорит мне друг. Надо же мне самому уметь, придется же что-то готовить.
— А я не могу менять свои привычки. Я с 2007 года хожу только в рестораны. Зачем самому что-то готовить, когда можно ходить в рестораны.
А он говорит, что это дорого. — Будет же момент, когда не будет денег и все-равно надо будет кушать.
— А я говорю, я там дизайн смотрю, интерьеры ресторанов.
— А что ты там ешь?
— А я там кофе пью.
— И больше ничего?
— Нет, только пью кофе. Я говорю — ну кофе — это только начало. Надо же с чего-то начать. Вот я и пью кофе в ресторанах.

Дарвин запихал обезьяну в черный квадрат в ширину, а надо было — в глубину.

Всегда можно стать как обезьяной, так и человеком, если у тебя хорошие отношения с Дарвином.

Человек всегда был человеком, пока Дарвин не открыл ему кривду про обезьяну в нем.

Три совета тем, кто в коротких юбках:
1. Наденьте вместо юбки черный квадрат.
2. Наденьте вместо юбки черный квадрат.
3. Наденьте вместо юбки черный квадрат.
И ждите анекдот.

Мышление — это борьба с пустотой произвола речи.

Мысль без пробела — это пробел без мысли.

Проза жизни в стихах, стихи жизни — в прозе.