Простота и доброта
Связаны присловьем,
Если скажешь — жизнь проста,
Как добро не вспомнить.
*
Как не вспомнить верхний круг —
Посередке — небыль,
Убегающий с-под рук
Без веревья следа.
Набросайте мне звезду
Карандашным стилем,
Я, влюбленный, и взойду
До неё по сини.
Сгину в подвиге своём,
Осень — время жалоб, вечно не лежало
Сердце к ней и всё же
Убежать куда?..
Просится в объятья, стонет — Всё отдайте!
Проберёт до дрожжи,
Кап-кап-кап с зонта…
— Подарите радость, всю, что там осталась.
От меня красоты
И тоска веков.
Листья цвета страсти в памяти оставьте,
Прошуршав — пустое…
Или — всё не то.
Не стыдитесь плакать на протертых лавках.
На подушках черных…
Из странностей судьбы
чудесная одна.
Та, что согласна быть
без вычурности благ.
Что тянет лямку дней,
но счастливо живёт.
Ей лишь бы не болеть,
на что прожить найдет.
Вот странность, говорят, —
живёшь, не то, чтоб ах.
Не то, чтоб шик — наряд.
Катались вы в горах
На лыжах? Никогда?
Как вам не повезло.
Было ли детство… не было…
Что не забылось — лучшее.
Справится сердце с бедами
И переборет сущее.
Мы до сегодня выжили…
Было же детство, помнится.
Перемежаясь с нынешним,
Варится в супе скорости.
В детстве себе не врали мы,
Верили — счастье будет нам.
Сварится в общем вареве,
Весело, шумно булькая.
Было. И есть. И в будущем
Взглядом небесным радует.
Какое счастье без халявы?
Халявы тоже вечно мало.
На сыр,катающийся в масле,
глядим,захлебываясь… Зависть
Всем движет и нажраться вдосталь…
Бесплатно лучше. Плачьте в голос,
Когда халявы не хватает,
Просите лучше… Вдруг добавят!
У глупца одна диета для любого, кто не люб — в лоб с большого разворота и без всяких лишних блюд. Если ты не идеален, не удачлив иль смешон, берегись глупца по жизни, будешь с веским барышом.
И зиму хочется. И лето помнится.
Жжет сердце ласками горючих дней.
Весна мечтами ли простыми полнится
В судьбе… и осени есть место в ней.
Так в зиму хочется… Гуляний праздничных.
И стужи творчества и хрум-хрум утренних.
И детства чистого достать дурачества…
А лето помнится. И где-то тут оно.
В мечтах и фантиках. В подарках искренних.
В улыбках девственных и обещаниях,
Что, мол, не всё у нас еще пролистано…
И, в целом, счастливы!
Замечательное время
Серединочкой апрелем
От души родной — весенней.
От судьбы земной.
Разговорчивостью ливня
НабелО зазеленИло…
Голосами воскресений
ПозвалО: — За мной!
Забурлило древней кровью
Под небесною корою,
Тая, ноя, смея, веря…
Зацвело зарёй.
Ворожит во снах былое.
"Коросты снова обдирая,
И обтирая свежий гной,
Опять страна моя родная
Бредёт всё той же целиной." В.Граков.
суета вдогонку свищет, я о ней пишу зело.
житиё в стихах, как пища, для души, но слово зло.
ободрал вчерась коленку — ноет, чешется, свербит.
сотворю векам нетленку про Россию, мать итить!
пусть народ сымеет пользу, шоб не мучилси, как я,
шоб вождям, поныне грозным, блюдо было самый яд.
сел. строчу — сурово, исто, пью мытарство не зазря.
день, второй, мой сон прерывист, явь — горластая заря.
написал, провыл с надрывом. усмехнулся — от — силён!
ну, теперя справедливость прорастёт, как синий лён.
всё — отныне лютой власти не иметь путей наверх!..
опосля пишу пристрастно, как присущ людишкам грех.
мол, оне без воли божьей вытворяют стыд и срам
и хлебают полной ложкой… ля, достанется уж вам!
Сексопатолог спрашивает пациентку:
— Вы знаете, где у вашего мужа эротические зоны?
— Понимаете, доктор, в чём дело. Как бы вам объяснить?
— О, не стесняйтесь, рассказывайте, я же ваш доктор!
— Дело обстоит так — если я к его приходу с работы приготовлю вкусный ужин, помою всю посуду, отчищу до блеска пол, выстираю белье, схожу в магазин и погуляю с детьми, то ночью он так пылок, так нежен.
— Так в чем же дело, милочка?!
— Понимаете, доктор, я прихожу с работы позднее мужа…
С: Ирина Федосеева, 2015 Свидетельство о публикации 115 072 102 293.
Сидела…
Белела…
Сдавалась зачем-то тоске,
Как-будто в тоске минимальный — придумала — вред.
Как-будто и так не сиротство-бесцветие дней.
И больше не хочется длинных, чудесных ночей.
Она рисовала.
Круги.
На стекле.
На песке…
Один за другим.
Бесконечность невидимых лет.
Кого-то круги сберегли, а кого-то спасли.
Сбылись обещания. Грёзы и смыслы сошлись.
Я — любимый самый кот толстым стал, как бегемот. Жизнь несется мимо прочь. Как, скажите, превозмочь тягу вечную — поесть? Точно знаю, где-то здесь колбаса во тьме таится и скучает молоко. Начинает сердце биться, голодать, ох, не легко! Надо мной смеются мыши и сосед — котяра рыжий. Только маме я хорош. Не уйти ли в поле, в рожь? Стать отшельником. худым. Как же бросить дом, родных? Нет. Придется дальше жить… Мам, сосиску положи!
Кушай, кушай щи пустые,
здравствуй, чистая душа.
Если б истины остыли,
жизнь была бы хороша?
Если б вера потеряла
всю свою земную суть,
Что бы делала, родная?
Как встречала бы весну?
Щи пустые не простые,
по рецептам вековым.
Простота по силам сильным,
совестливым, не дурным.
Простота рукой исконной
держит небо и судьбу.
На горизонте горят огни…
— Если толпою бегут за ним,
Значит, хорошее, будем брать.
Верно считаю, согласна мать?
Я о сегодня, а ты о чем?
Мы провернулись в замке ключом,
Двери открыты ещё одни,
На горизонте горят огни,
Переживаем самих себя,
Время шагами земли дробя.
Или словами… Не хмурься, мать.
Значит, хорошее, надо брать.
Думай и делай, иначе как?
Нам пожелали здоровья, благ.