Игорь Хентов

МОНСТР
Вопрос стоит предельно остро,
И тот, кто мыслит, понимает:
Ты создаёшь сегодня монстра,
А завтра монстр тебя сжирает.

ХАБЕНСКИЙ
Лик тонкий, будто бы на фреске,
Во взоре — ум, а в сердце — честь:
Поклон Вам, Константин Хабенский
За то, что Вы на свете есть.

«Я НЕ МОГУ ДЫШАТЬ!»
Я не могу дышать от подлости,
От превращенья мира в рынок
И полного забвенья гордости —
Лобзания чужих ботинок.

Я не могу дышать от низости
Прикосновенья липкой лести,
И от уничтоженья близости
К уму, достоинству и чести.

Я не могу дышать от мерзости
Молчанья при триумфе вора,
И от печальной неизбежности
… показать весь текст …

МЫ И ВЫ
Вы фюреру Париж отдать смогли
И к сапогу врага припасть с любовью,
А мы за каждый дюйм родной земли
Расплачивались собственною кровью.

ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОБЕДИМ!
Исключенья есть в каждом правиле —
Не поспоришь. Что до войны,
Не косят от неё в Израиле
Повзрослевшие пацаны.

В «Меркавы» да «Фантомы» прыгают
Из «Тойот» и «Ниссанов» лихо —
Часы жизни и смерти тикают,
Над страной тучей встало лихо.

Не косят от войны и девушки,
Хоть Старуха ждёт каждый миг —
Не нуждаются лица в ретуши —
… показать весь текст …

ПРАВДА И ЛОЖЬ
Ныне, как было когда-то,
В канувших в Лету веках,
Правда всегда грубовата —
Ложь и нежна, и мягка!

МИРОТОЧЕННОСТЬ. ТРИПТИХ

Прокуратура. Остров Крым. Поёт морской прибой.
Замироточил Николай, естественно, Второй.
Шагает март, и с крыш летит весенняя капель.
Коты воркуют о любви. «Туды его в качель!»

А в Выборге, где море шлёт трудящимся янтарь,
Замироточил Вождь, да так, что Первый секретарь
Сказал Второму, зубы сжав, в душе смиряя дрожь:
«Что делать нам? Звони скорей наверх, ядрёна вошь!»

А в славной Пензе, где леса упёрлись в небосвод,
Замироточил Коба, и заголосил народ:
… показать весь текст …

ЛЕНИНГРАДСКАЯ СИМФОНИЯ
(Светлой памяти великого композитора, Дмитрия Дмитриевича Шостаковича посвящается)

Тела везли в санях по выпавшей пороше,
Укрывшей, как вуаль, проспекты Ленинграда.
Исчезли лап следы бродячих псов и кошек —
Кто съеден не был, те попрятались куда-то.

Тела везли в санях и взрослые, и дети,
Доценты, сторожа, статисты Мариинки,
И шарфы рвал, как волк, колючий зимний ветер,
И слёзы превращал в нетающие льдинки.

И грудой стал камней старинный переулок,
… показать весь текст …

ЙОМ А-ШОА
Мсье Эпштейн, Вы богаты, живёте в Париже,
Ваша жизнь словно слеплена из шоколада,
А слыхали о деде своём, об Элише,
Что сожжён был в гудящей печи Бухенвальда,

Как нацисты его привезли из Прованса,
Превратив жизнь людскую в смертельную драму? — 
Уцелеть не имел ни малейшего шанса,
Но спас чудом Эстер — Вашу милую маму.

Пан Иоффе, Вы в детстве избегли погрома!
Кто ж не знает, что в Польше творили с «жидами»?
Слава Б-гу, лет сорок с лихвою, как дома:
… показать весь текст …

ПАМЯТИ ВЫСОЦКОГО
Его талант могучий — взрыв сверхновой
Звезды, сгоревшей в космосе дотла:
В веках остались трепетное слово,
И роли, и завистников молва.

ОДНОМУ
То счастье всё на одного,
То горя круговерть:
Жизнь человека лишь его,
И, точно так же, смерть.

РУЛЕТКА
Жизнь — рулетка с высокими ставками,
И ведёт нас путями тернистыми:
Очень часто садистов в отставке
Она делает сплошь моралистами.

ТУШ
Пусть зазвенит оркестра туш,
Когда Творец даст шанс, надеюсь,
Забыть про виденную чушь,
Как и услышанную ересь.

ОСЯ И ШУРА
Вы, Ося Бендер, правы, как всегда,
Вы, Шура, смейтесь, а хотите — плачьте:
Для каждого горит его звезда,
Но для одних горит немного ярче.

ДРУЖБА
Вопрос давно стоит: как дальше жить? — 
Вот истины зерно среди туманов:
Еврей и русский так должны дружить,
Как с Паниковским Шура Балаганов.

ЧУЖОЕ И СВОЁ
Имеет эта мысль значение простое.
В ней вера и закон не поросли быльём:
Хоть раз положишь глаз и руку на чужое,
Со временем, с лихвой чужим отдашь своё.

ПОДВИГ
Нет в этом даже тени колкости —
Всё просто, словно «добрый вечер!»:
Жить долго и не делать подлостей —
Вот ныне подвиг человечий.

БАЛАЛАЙКА
(ФЭЙСБУШКА)
Спой, подруга-балалайка,
Песню страсти роковой —
Я любимку плохо лайкал —
Лайкает теперь другой.

ТОСКА
Тоска. Холодная пол-литра стала тёплою,
И рыба красная горбуша смотрит воблою,
В кармане кончились за сотками полтинники,
И мышь повесилась под утро в холодильнике.