Харуки Мураками

Все, что ты знаешь обо мне, — не больше, чем твои же воспоминания!

Как заметил какой-то русский писатель, это только характер может меняться с возрастом; ограниченность же человека не меняется до самой смерти…

Ирония делает человека глубже, масштабнее, открывает ему путь к спасению на более высоком уровне.

… ограниченность и нетерпимость. Беспардонная болтовня, слова-пустышки, присвоенные чужие идеалы, твердолобая система. Вот что меня по-настоящему пугает. Вот чего я боюсь и что ненавижу. Что правильно, а что нет? Безусловно, и это очень важный вопрос. Однако отдельные ошибки впоследствии в большинстве случаев можно исправить. Найдёшь мужество признать ошибку — поправишь дело. Но ограниченность при отсутствии воображения, нетерпимость — это как клоп, паразит какой-нибудь. Перепрыгивает с одного на другого, меняет обличие, может жить где угодно. Спасения от него нет.

Человеку удается любить себя, лишь когда он любит других — и любим другими.

Реальность, куда ни кинь, — очень одинокая и холодная штука.

Я вижу сны. Иногда мне кажется, что это единственное правильное занятие на свете.

«Мой любимый sputnik»

Такое чувство, будто наглотался пасмурного неба.

Процентов девяносто пять из тех, кто лезет в чиновники, это отбросы. Это я тебе честно говорю. Они даже читать нормально не могут.