Галина Полеснова

Осень. Болдино. Свеча
Золотится сквозь окно…
Время — вечная парча, —
По строкам расплетено.

Где-то — город на Неве,
Где-то — женщина в Москве,
Карантины — за версту —
Всё пропало в темноту…

Ночь рябинами колышет,
Сеет ситником на крышу,
На Руси всё тише, тише…
Не мешайте. Пусть он пишет.

Мотор взвыл на высокой ноте, набрал обороты, все понижая тон, и его звук слился с перебранкой колес. Разогнался. Пять-семь минут — и он загудит еще ниже тоном, взвоет на торможении, электричка остановится, зашипят и ухнут раздвижные двери: «С-ция …делеево», — хрипнет репродуктор, — следующая…", — не разобрать.
Уже почти четыре часа — разгон, сбивчивая брань под ногами, надсадный вой, «осторожно, двери закрываются» и опять — по кругу, нагоняя тягостную истому.
Ну, слава Богу, еще десять минут. И …
… показать весь текст …

Розовых почек клювы
Жадно солнце пьют:
Вот-вот выглянут листья!

Алым парусом вспыхнет заря
Над волной несказанного цвета,
И душа возликует, паря,
В синеве и янтарности лета!

Как волшебные стражи судьбы,
Вслед летящим над бездною ножкам,
Афалин голубые столбы
Вознесутся над водной дорожкой.

И торжественно скрипка вздохнет
Над вином, что дремало столетья,
Средь ковров и цветов запоет…
Ах, чего не бывает на свете!..
… показать весь текст …

Директору магазина «Все для вас» господину Барабанщику О К. Проводим успешные рекламные акции, которые активно повышают прибыль наших клиентов (не было ни гроша — да вдруг алтын): «Собака лает — ветер носит», Сарафанное радио", «ОБС (Одна баба сказала)» и другие. Цена за одну акцию — от полушки, перевоз рекламных материалов клиенту — само собой — рубль. Обращайтесь. Рекламное агентство «На наш роток не накинешь платок!»

Туча над городком
Сизым покровом лежит.
Кончается август.
По окоёму небо над лесом —
Чистое, как перо журавля.

Небо ночное
Красками радуге вторит.
Начало июля.
Мерцает в зените звезда.
Кузнечик звенит о вечном.

О радость! Ладонь
На шляпке прохладной —
В траве боровик.
Вечереет. Сентябрь.
Подарки бабьего лета.
Сентябрь 2012

Из дневников. 1997 год.
Юность нетерпелива и беспощадна. Зрелость раздумчива и снисходительна. Страшно видеть, как в социальных катастрофах максимализм юности превращается в нигилизм и жестокость, а спокойствие зрелости переходит в равнодушие и расчет.

Дед… Я словно проснулась. Дед давно молчал, покуривал свой «Кэмел», а мне все виделась пара молодых отступников, идущих по лесной поляне в туман, держась за руки — на всю жизнь. Красивая легенда. А дед их собирает. Я внимательно посмотрела на него. Худое бледное лицо все в продольных морщинах. Старый курильщик. Твердый и умный взгляд темно-серых глаз. Округлая борода черного волоса кое-где с серебряной сканью. Нет, не абориген. Деревенские теперь бород не носят. Да и говорит он скорее как горожа…
… показать весь текст …