Джоджо Мойес

С возрастом приходит понимание, что не все нужно произносить вслух.

Не стоит себя винить. Хорошие люди почему-то всегда считают, что они в ответе за всё…

Пусть весь мир кидает в тебя камни — если за твоей спиной стоит мать или отец, все будет хорошо.

— Мы не можем изменить людей.
— Что же мы можем?
— Любить их.

С настоящими друзьями можно продолжить с того места, на котором вы остановились, и неважно, прошла неделя или два года.

Жизнь у моря. Это самое лучшее — слышать его шум день и ночь, вдыхать его запах, гулять вдоль берега и смотреть за горизонт… Сознавать, что там, в глубине, происходит столько всего такого, что нам никогда не увидеть и не узнать. Словно за твоим порогом сразу начинается какая-то великая тайна".

Сейчас никто никого не слышит. Все точно знают, что хотят услышать, но никто толком не слушает.

Возможно, все мы испытываем извращенную потребность приблизиться к тому, что может нас уничтожить…

Нельзя заставить человека остаться с тобой. Нет смысла цепляться за того, кто тебя не хочет.

Даже кусочек рая может опротиветь, если тебе запрещают его покидать.

Самое важное, что есть между людьми — доверие.

Иногда ложь — это способ облегчить боль.

Сумасшедшие как лунатики — их лучше не беспокоить.

Сочетание стресса и разбитого сердца способно наносить непоправимый вред душевному спокойствию, но, боже, как благотворно оно сказывается на фигуре…

Депрессия — крайне тяжелая вещь. И не только для того, кто ею страдает.

Я всё равно люблю тебя — даже если нет ни меня, ни любви, ни жизни на земле — я всё равно люблю тебя.

Когда тебя катапультирует в совершенно новую жизнь — или, по крайней мере, с размаху прижимает к чужой жизни, словно лицом к окну, — приходится переосмыслить, кто ты есть. Или каким тебя видят другие.

Знаете, каков вкус разочарования? Словно металлическая стружка в холодном кофе.

Иногда всего пара ободряющих слов способна вселить уверенность в прекрасное будущее, которое сменит бесконечную череду препятствий и разочарований.

Когда я была совсем маленькой, то думала, что дом — это просто дом. Место, где мы ели, играли, ссорились и спали, — словом, четыре стены, в которых мы пытались обучиться такому непростому делу, как жизнь. И я особо не задумывалась.

Уже гораздо позже я поняла, что дом — это нечто гораздо большее, что он может быть предметом чьих-то желаний, отражением того, какими эти люди себя видят и какими они хотели бы себя видеть…