Дмитрий Губерниев

— Первая стрельба: Замри, умри, воскресни!

— Лохматый ус, а рядом чисто бритый Чудов.

— Уходит Бекар, уходит-наступят времена почище…

—Бьйорндален не может расстрелять центральную мишень. Может, ее маркером нарисовали?

— Бьорндален неуловимой вермишелью просочился мимо немцев!

—Тура Бергман финиширует, какая же она… Тура!

—Француженка промахивается. Да, эпизод полон драматизма: одинокая француженка на огневом рубеже.

—Наконец-то сборная родила подиум. Схватки были тяжелыми, но ребенок родился здоровым и розовощеким. Имя ему-Андрей Маковеев.

—Опережаем немок на полтора километра. Это даже не трамвайная остановка, а расстояние от речного вокзала до бог знает куда.

— Сначала мы думали, что у Ростовцева лыжи не катят, но оказалось, что не катит он весь целиком…

— Я переживаю за грека, который стартовал последним-можем трансляцию и до утра не закончить!

— Грейс тоже теплолюбивое растение. Нет, наверное, а животное.

— На стадионе играет и народная музыка и современная. Хотя, сейчас самое время включить Витаса, чтобы наши соперники испугались и промазали.

— Если поставить рядом Нойнер и Йонсон, то… лучше этого не делать.

— Хенкель застрелилась, осталось только со штыком для верности.

—Пас-то хороший, да поле кончилось!

— Смотрите какая причёска у Бергмана, да любой бильярдный шар позавидует этой блестящей лысине.

— Немецкие болельщики буквально падали в обморок в ожидании биатлона и немецкой сосиски.

— Она Неупокоева, и поэтому нет покоя…

—Экхольм на лежке хороша, 87% попаданий, ну она воообще хороша, и стоя, и лежа. Спросите у ее мужа, он знает.